В общем-то, всё ожидаемо: никакого отвода советских войск из Латвии, Эстонии, присоединённых территории Финляндии и от польской границы не будет. В том числе — из-за того, что всенародно избранное руководство прибалтийских республик изъявило волю большинства населения и добровольно вошло в состав Советского Союза. Ну, и чисто моя ремарка: отводить войска на пару десятков километров за линию Укрепрайонов, чего хотят польские власти, это добровольно сложить оружие в условиях, когда они даже не скрывают намерений включить в состав Речи Посполитой всю Белоруссию, всю Украину и даже часть территорий РСФСР, включая Смоленск и Псков. Никакого «независимого государства Израиль» на Юге Украины не будет, поскольку в стране уже есть Еврейская автономная область. Нет у нас и никакого преследования евреев по национальному принципу: СССР — интернациональное государство, в котором представители любых национальностей имеют равные права. Требования «предоставить независимость порабощённым народам» также безосновательны, поскольку, как уже было сказано, у нас все национальности равноправны, а СССР является союзным федеративным государством, образованным по инициативе именно представителей входящих в него республик. В частности, по инициативе Советской Украины. Выборы в Советском Союзе полностью демократичные, поскольку советский народ выбирает депутатов в органы законодательной власти по списку не только коммунистов, но и беспартийных, а многопартийность противоречит Советской Конституции. Что же касается военных угроз, то Красная Армия всегда готова дать отпор любому агрессору.
День тот выдался донельзя суматошным, поскольку пришлось до отъезда отдать массу распоряжений, потом ехать в город, а по возвращении с совещания ещё и контролировать исполнение отданных мной приказов. И отдавать новые, исходя из того, что я услышал в штабе армии. Благо, штаб дивизии расположен всего-то в десятке километров от Ленинакана.
Одно из сложнейших распоряжений, проистекающих из Директивы № 1, подписанной наркомом обороны товарищем Сталиным, стала эвакуация семей красных командиров, снимающих квартиры в сёлах или в самом Ленинакане. Ведь почти все эти сёла расположены в непосредственной близости от турецкой границы, и в случае начала боевых действий немедленно попадут под артиллерийский огонь противника. Да и сам город с первых же минут войны окажется досягаем для дальнобойных орудий. Сложнейшим распоряжение стало из-за того, что многим семьям просто некуда уезжать: кочевая армейская жизнь не способствует обзаведению постоянным жильём где-то в глубине страны. Но, как нас заверили в штабе армии, уже в ближайшие дни при военных комиссариатах городов и районов страны будут сформированы отделы, занимающиеся размещением эвакуированных семей военнослужащих.
Мои, жена Юлия и дочь Ариадна, хотя и не без прений, но согласились собрать вещи и отправиться в дальний путь.
— Хоть с Армавиром у нас и связаны и не самые лучшие воспоминания, но, там хоть есть знакомые, — вздохнула Юля. — Да и Ариадне не придётся привыкать к новой школе.
В общем, 15 мая отвёз их к поезду, проводил в дальний путь, а сам вернулся к делам службы. Да, дальний: речь ведь шла не об Армавире в Армении, а том, что расположен в Краснодарском крае.
Собственно, некоторые из требований Директивы 136-я мотострелковая дивизия выполнила раньше. В части «закопаться в землю»: учитывая напряжённую обстановку на советско-турецкой границе, у нас уже была готова разветвлённая сеть окопов и ходов сообщения, построены огневые точки, включая дзоты, вырыты капониры для боевой техники и ровики для артиллерии. Созданы даже запасные позиции, как того требовали рекомендации, массово поступающие из Наркомата. Вот только с их маскировкой мы опоздали: позиции в непосредственной близости от границы, и нашу линию обороны турецкие наблюдатели наверняка давным-давно нанесли на свои карты в мельчайших подробностях. Тем не менее, развивать оборонительные сооружения нам было куда, поскольку старые выстроены всего в одну линию. Теперь же поступил приказ подготовить не только вторую, но даже третью линию, проходящую практически по окраине Ленинакана.
И в этом деле очень помогли местные жители, более привычные, чем красноармейцы, копать каменистую армянскую землю. Новость об ультиматуме, среди подписавших который был и президент Турции, стала известна буквально всем, и среди местных с новой силой вспыхнули антитурецкие настроения. Особенно усилившиеся после «ошибочного» артиллерийского обстрела Ахурика, жертвами которого стали двое гражданских, а семеро были ранены. После этого случая из окрестных сёл в направлении города потянулись цепочки женщин и детей, а мужчины и подростки, кажется, забросившие все собственные заботы, ударно трудились на рытье окопов, капониров и резервных артиллерийских позиций. Причём, опять требовали выдать им оружие и включить в списки дивизии.
Этот вопрос я поднял на новом совещании, проходившем уже 17 мая в Ленинакане.
