Ну, чего ты хочешь, рассудительно говорил я себе. Тут Европа, а там Сибирь. Гольфстрим, браток! Море рукой подать. И вообще – культура…
Фасад гостиницы представлял собой крепостную стену с различного размера башенками, крытыми черепицей. Однако в целом архитектура здания была вполне современной. Как я узнал впоследствии, сходство с крепостью придавала «Флогистону» и планировка. Это был комфортабельный современный двухэтажный замок, возведенный квадратом вокруг внутреннего дворика, вернее, «Сада камней». Этот кусочек природы, понятное дело, предназначался для эстетического оформления мучительного процесса ее научного познания.
Итак, я вошел в замок через парадную дверь и предстал перед администратором. Маленькая строгая женщина, выслушав меня, сразу заулыбалась. Ну, конечно, она была в курсе. Нет, я не ошибся, семинар по сетевому планированию будет проходить именно во «Флогистоне», номера для участников заказаны. Правда, заезд должен происходить только завтра…
– Завтра из наших краев самолета нет, – вставил я. Ах, пусть меня это не тревожит! Я сейчас же получу комнату и вот увижу, как мне будет удобно.
Она говорила с легким местным акцентом, и слушать ее было как-то особенно приятно. Может быть, потому что на чистом русском администраторы гостиниц нередко дарили меня совсем другим словом?
Так, вот, значит, жить мне предстоит в номере шестом. Очень уютном и даже двухэтажном. Комната внизу и комната наверху – в мансарде. Правда, нижнюю комнату еще занимает человек, но он ночью уезжает. Вчера закончился семинар молодых писателей, а разъехались пока не все. Тоже, видимо, из дальних краев. Ну, что еще? Да! С семи до восьми – ужин, вот посадочный талон. Милости просим, желаем приятного отдыха.
Словом, я подхватил чемодан и поспешил в шестой номер. Нужно сказать, что шикарными отелями, люксами и прочими апартаментами я не избалован и хорошему соседу в гостинице бываю искренне рад. А тут еще писатель. Довольно любопытно. Вот только молодой… Это как? Как Лермонтов? А Лев Николаевич им, выходит, уже не годится? Староват для такого дела?
Длинный коридор, по которому я шел, кончился, но за поворотом открылся новый – точно такой же.
Или молодой – значит не настоящий, что ли? – думал я. Возьму вот, нацарапаю левой, ногой какой-нибудь опус и, скажем, приеду с ним на семинар – тоже буду молодой писатель? И когда кончается эта молодость? С первой книгой? Или с первым инфарктом? Сложный вопрос!
Из второго коридора я повернул в третий.
Да, сложный вопрос. В научных утверждениях все-таки точнее определяется положение отдельной особи в стае: после института – стажер, потом – м. н. с., а там, глядишь, и старшего кинут; кандидаты, доктора… Словом, есть какое-то понятие о рангах. У этих же, на мой взгляд, полный кавардак. Говорят, можно сначала стать писателем, а уж потом поступить в литинститут. Не понимаю я этого. По-моему, писателем либо являешься, либо нет. Это как национальность. И ни диплом, ни возраст ни при чем.
Я шагал уже четвертым коридором и с удивлением начинал замечать, что места пошли какие-то мучительно знакомые. Когда же передо мной раскрылся холл, и женщина-администратор понимающе улыбнулась из-за стойки, все стало ясно. Я обошел «Флогистон» по периметру и вернулся в исходную точку.
– Обратите внимание на указатели! – крикнула мне хозяйка замка.
К счастью, у кольцевой планировки все же есть одно неоспоримое достоинство: независимо от того, в какую сторону пойдешь, рано или поздно все равно набредешь на нужную тебе дверь. За некоторое количество проходов. Я снова пустился в путь, на этот раз внимательно разглядывая указатели, и очень скоро окончательно разобрался в топографии «Флогистона». Оказывается, в конце каждого коридора имелось ответвление – еще один маленький коридорчик, ведущий в… э-э… бастион той же квадратной планировки. Такие бастионы были возведены хитроумными, строителями замка на каждом из четырех углов.
И вот, наконец, передо мной дверь с вожделенной цифрой 6. Я постучал.
– Угу, – донеслось изнутри. Довольно приветливо.
За дверью оказалась небольшая прихожая. Направо – крутая деревянная лестница, ведущая на второй этаж. Там, судя по всему, и располагались мои апартаменты. Можно было сразу подняться к себе, но дверь в комнату нижнего уровня была распахнута, из вежливости хоть нужно было заглянуть к соседу.
Молодой писатель оказался не так уж трогательно молод. Несколькими годами старше меня. Впрочем, я-то себя считаю еще достаточно юным. Он полулежал на кровати среди разбросанных машинописных страниц и с унылым видом теребил курчавую свою бороденку.
– Добрый день, – сказал я, – в соседи принимаете? Писатель сощурился на меня и сел.
– А! – сказал он. – Смена идет!
– Да вот, наверх к вам. С завтрашнего дня у нас тоже семинар.
– Литератор? – тревожно спросил он.
– Ну что вы! Программируем помаленьку.
