первой брачной ночи, а ведь Мэйси очень аккуратная и всегда заправляет постель.
Так что, черт возьми, происходит? Где моя жена?
И, всѐ ещѐ не веря в бегство Мэйси, я вновь брожу по дому, заглядывая в каждый уголок.
На кухне пусто, и еѐ учебник не лежит на кофейном столике, как всегда.
Вот чѐрт! Сердце в груди замирает и желчь подкатывает к горлу. Ясно, что моя жена
сбежала, не оставив мне ни единой зацепки, куда.
Но я не сдамся.
Схватив ключи, бегу к машине.
Автовокзал – единственный путь из города, и если Мэйси хочет уехать, ей придется
сначала выслушать мои объяснения.
Но куда она может захотеть уехать? У неѐ нет семьи. Кроме того, она никогда не
выезжала за пределы Канзаса, поэтому маловероятно, что она просто возьмет и исчезнет.
Но даже если и так… Я сделаю всѐ, чтобы найти еѐ и вернуть туда, где ей самое место.
Рядом со мной.
И только рядом со мной.
Глава 12
— Пожалуйста, помогите мне выбраться отсюда, — прошу я продавца билетов на
автовокзале.
— Хорошо, юная леди, куда вы направляетесь? — спрашивает он, щелкая жвачкой. —
Каков ваш конечный пункт назначения?
я никогда не покидала раньше Канзас. Поэтому, проглотив ком в горле, говорю первое, что
приходит на ум.
— Далеко, — сдавленно бормочу, стараясь подавить рвущиеся наружу слѐзы. Видимо мой
вид с опухшими от слѐз глазами всѐ говорит без слов и старик-кассир, сжалившись надо мной, надевает очки в черной оправе и стучит что-то на клавиатуре, смотря в монитор компьютера, а
затем говорит:
— Ну, милая, мы не сможем доставить тебя на Северный полюс, но как насчет Колорадо?
Это очень далеко отсюда.
Я киваю, стараться не разрыдаться. Старик же вновь с жалостью смотрит на меня и
нажимает кнопку. Машина оживает, и в прорези появляется белый билет.
— Вот и всѐ. Готово, — говорит он, прочищая горло. — Ты полюбишь Колорадо, он
прекрасен величественными горами и голубым небом. Кроме того, там прохладно в это время
года, — добавляет он, обмахиваясь рукой. — Не то, что в Канзасе.
Я беру билет, бормоча благодарность и бреду по вокзалу, разглядывая автобусный парк, выискивая тот автобус, что мне нужен. Наконец я нахожу его и, войдя, устраиваюсь на сиденье
у окна. Но вид из окна для меня не имеет значения, потому что я ничего вокруг не вижу. Мое
сердце разбито, а душа разлетелась вдребезги. Но несмотря ни на что, все, что я вижу, это
красивую рожу Тайлера, его пронзительные голубые глаза и дерзкую, уверенную улыбку.
Боже, неужели я сошла с ума? Я что, теперь шизофреничка, со всякими бормочущими
голосами в голове, сводящими меня с ума?
Но дело всѐ в том, что мои голоса правы. Тайлер очень много значит для меня. Он
мужчина, с которым я юридически связана перед законом. Он мужчина, который лишил меня
девственности, но он и тот, кто предал меня, лишив всего, что было мне так дорого.
Я зарываюсь поглубже в свое сиденье, задыхаясь от рыданий, когда автобус отъезжает от
автовокзала. Закрыв глаза, надеюсь, что никто не заметит моей боли, но, к счастью, в автобусе
мало людей. Ближайший пассажир устроился в трех рядах от меня, и я, откинув голову назад, чувствую, как по щекам бегут слѐзы. О, боже! Тайлер, Тайлер!
Мое сердце и душа болят настолько сильно, что я чувствую боль физически. Глубоко
вдохнув, я ещѐ сильнее зажмуриваю глаза от яркого солнечного света и проваливаюсь в
небытие.
Несколько минут спустя кто-то грубо трясет меня за плечо.
— Мисс, мисс, — настойчиво зовѐт меня голос издалека.
Что? Нет, оставьте меня в покое.
Голос раздается снова.
— Мисс, — на этот раз голос звучит громче. — Мы приехали. Конечная остановка.
Неохотно я открываю глаза. Всѐ вокруг как в тумане. Что за чертовщина? Как уже
приехали? Куда? В полубессознательном состоянии тру щеки, и пальцы тут же становятся
мокрыми от слѐз. Святая корова, должно быть, я заснула. Мышцы болят, и я пробую
пошевелиться, пытаясь прогнать боль. Постепенно зрение проясняется, и я вижу перед собой
немного сердитого водителя автобуса.
— Конечная остановка, мисс, — ворчит он, и отворачивается.
Что? Серьезно? Выпрямившись, я поворачиваюсь и смотрю в окно. Но там ничего нет, кроме безымянной автобусной остановки.
— Ну, здравствуй, Колорадо, — шепчу я, и грустно улыбаюсь. — Привет, я Мэйси.
Как только на ватных ногах выбираюсь из автобуса, меня охватывает страх. Теперь это
моя новая жизнь. Мой новый дом. Я должна забыть «Double H». Ещѐ одна волна печали
настигает меня. О боже, как же я смогу забыть о ферме? Я никогда не знала ничего, кроме неѐ, так что же мне теперь делать?
Но инстинкт выживания толкает меня вперед.
— Привет, вы знаете какие-нибудь мотели поблизости? — спрашиваю я пожилую леди в
справочном бюро, и она указывает мне на мотель в миле вверх по дороге.
С рюкзаком на плече и спортивной сумкой на буксире, я пробираюсь сквозь ночь, пока не
