Когда мама возвращается, чай уже готов. Она приносит из летней кухни оладушки с вареньем, и я первый раз за долгое время чувствую себя хорошо. Не считая одно рогатое недоразумение. Но я ещё поборюсь. Не знаю, может какой-то экзорцизм, изгнание. Что-то ведь можно сделать? Думаю, что да. Попользуюсь им месяцок… два… а потом избавлюсь. В церковь может сходить, молитву какую на латыни выучить..?
— Ну рассказывайте дети, как вы познакомились? — с интересом спрашивает мама, разглядывая нас.
— В банке. — не успеваю я и подумать, как Дима отвечает. — Я пришёл оформить счёт, и попал к Сонечке. Как только увидел, сразу влюбился. — не думала, что Дьявол может придумать такую сопливую историю любви. Даже для меня это слишком.
— Как мило. — будто бы не веря, улыбается женщина. — Так, ладно, переодевайтесь, и выходите в сад. Нужно собрать крыжовник.
Мама уходит, а рогатый искривляет лицо в немом вопросе. Пожимаю плечами, кивая на коридор.
— Тебе лучше одеться по-домашнему. — говорю, когда мы расходимся по разным сторонам в свои комнаты.
Закрываю дверь на ключ, переодеваюсь в легинсы и оверсайз футболку. На голову мамину соломенную шляпку, чтобы не словить солнечный удар. Старые кроссовки, переклеенные тысячу раз, и на пути захватив ведёрко и перчатки выхожу в сад.
Когда я замечаю своего личного дьявола, то буквально немею. Мой язык бессовестно прилипает к нёбу, а слюна вот-вот покапает с уголка губ. На мощных мужских бёдрах красуются синие спортивные шорты, длиной до колена, серая майка-алкоголичка выделяет и без того широкие плечи, накаченную спину и идеальные кубики. На голове повязаны бандана, и о Боги, я ещё не видела ни одного человека, который будет в ней так сексуально выглядеть. Хотя да, он ведь не человек..
— Так доча, — завидев меня, мама упирает руки в бока. — вы с Димочкой работаете за домом, где кустиков побольше, а я пока здесь.
— Хорошо. — соглашаюсь, кивая. — Идём, милый. — кривлюсь от собственного произношения.
— Иду. — отзывается мужчина, топая сзади, и вызывая волну будоражащих мурашек. Как мне всё это пережить..
София.
— Держи перчатки, колдун! — кидаю в него вещички, и он молниеносно их ловит.
— Ты действительно думаешь, что я буду это делать? — кривится в усмешке. — Один щелчок пальцами, и всё готово!
— Но, но, но! — машу указательным пальцем перед его носом, предотвращая заветные действия. — Нельзя! Как ты объяснишь что за три минуты собрал весь крыжовник. До последней ягодки. А?
— Очень даже легко. — пожимает плечами. — Просто заставлю её думать, что мы долго возились.
— Ты и такое можешь? — удивляюсь, но следом натягиваю каменную мину. — Всё ровно нельзя. Никакого вмешательства в сторону моих родных. Да, и получается, так скажем заказчик я, значит и решать как ты это будешь делать, тоже мне. Верно? — щурюсь.
— Верно. — порыкивает, словно маленькая, но безумно злая собачка. — Но это, — бросает перчатки обратно. — мне не надо.
— Как скажите! — всплескиваю руками. Ну правда, не дьявол, а маленький ребёнок!
Мы мучаемся где-то двадцать минут, а собрали только четверть маленького ведёрка. Дима пыхтит, кряхтит, и бубнит под нос как старый дед. И кстати он попросил перчатки обратно уже на второй минуте, когда в очередной раз разодрал кожу шипами. Так смешно смотреть на могучего дьявола, который с трудом справляется с кустиком крыжовника. Я подумать не могла, что довести его до ручки будет так просто.
— Добавлю пожалуй новую пытку. — озвучивает свои мысли, засовывая в рот жёлтенький кружочек.
— Хватит есть! Мы так никогда и ведёрка не наберём! А я жутко устала! И это, сто процентов ещё не последняя наша работа на сегодня.
— Так давай я всё быстро сделаю! — не унимается рогатый. — Скажешь маме, что у меня руки золотые, вот и всё!
— Ладно. — соглашаюсь, недолго думая. Действительно ведь тяжело. Никогда это дело не любила. — Только давай по ведёрку каждые двадцать минут?
— Без проблем. — улыбается, и делает это действительно дьявольски. — Отнесу твоей маме. — когда я перестаю пялиться на его белые зубы, то замечаю, что оно уже и правда наполнено до краёв.
Дмитрий Викторович, как я сама его назвала, высыпает ведро в большой таз, и снова возвращается ко мне. Ставит его на пол, одним щелчком снова наполняя.
— Чем займём время? — спрашиваю, желая знать, какие мысли у короля Ада на данный момент. — Как тебе на земле?
— Вижу тебя не особо волнует, чем я хочу заняться. — играет бровями, почему-то наводя на развратные мысли. И как можно так, Соня?! — Мне здесь нравится. Всем, кто хоть раз попадает сюда — здесь нравится. Тут для всех найдется пища. И страх, похоть, ложь, зависть, гнев, для демонов; и грязь, мусор, для чертей; и любовь, добро, и радость для ангелов.
— Почему вы все тогда не живёте вместе с нами? — спрашиваю, хотя прекрасно понимаю, что если бы здесь были все несколько легионов демонов, то это бы было настоящей катастрофой.
