Наконец дотрагивается до звоночка, что тут же торжественно оповещает о нашем прибытии. Катя нервно перебирает руки и даже прикусывает губы, а мне почему-то хочется утащить её сейчас и зацеловать… но это у нас плохо кончается, так что стою, терплю, нацепив на себя рабочую улыбку. За дверью наконец раздаются шорохи и дверь открывает… Мелкий.
— Что не гуляешь, шантропа? — И тебе привет. — Выдает слишком напыщенный избалованный мальчик. Ему бы бабочку и смокинг, а то это лицо, полное снисходительности, никак иначе не воспринимается.
— Знакомься, Кать. Это малой.
Названный протягивает руку неуверенной Катрин и заявляет, сияя гордостью.
— Леконцев Артём Николаевич. — Катерина. — Явно теряется, стараясь не рассмеяться — Тёмочка, — Раздается позади, магнитом затягивая мелкого внутрь. — Что ты встал на сквозняке..
Мама… во всей красе. В бежевом платье из лучшего бутика города, с макияжем, маникюром, завивочкой — локон к локону.
— Ма, ну, что ты вырядилась.. — Не каждый же день.. — Катю смущаешь. — Подталкиваю локтем внутрь, вручая маме сначала торт, а потом и эту фиговину. — Проходи, солнышко, не стесняйся.
Малой выжидает у комода, наконец соображает, что для его величества ничего не принесено, и устремляется на верх к себе в комнату, крикнув на прощание, что торт его светлость есть не будет.
— Ты не говорил про брата… надо было ему.. — Обойдется. — Я всё слышу. — Улыбается мама, возвращаясь к нам. — Катенька, проходи. Правда Колю вызвали на работу, так что мы уж втроём с вами, ладно?
Катя кивает, явно не найдя слов. Мама кажется сейчас сущим ангелом. А так ли это? Ну, у каждого своё мнение на этот счёт. Идеальные чашечки из её любимого сервиза уже стоят на крепком дубовом столе с льняной скатертью. В пиалах мамино печенье, а теперь и торт рядом, от которого она даже кажется немного растерялась.
— Это тот самый, да? — Кивнул. — Тысячу лет его не ела, Равиль.
Светится, распаковывая упаковку. Ловко разрезает на части, пока Катя деликатно интересуется, нужна ли помощь.
— Не переживай, не переживай. — Вторит мама, уже раскладывая по блюдичкам её давно забытое любимое лакомство. — Знаешь, я так любила раньше этот торт.. — Да, Равиль рассказывал.
Обе улыбнулись, едва встретившись взглядом. И все бы хорошо, но почему мне самому неловко?
— Катенька, а чем ты занимаешься?
И я почти открыл рот, но сразу передумал, получив колкий взгляд от обеих представительниц чудесного пола. Ну, действительно, не меня же знакомить привели.
— Сыночек, будь добр, сходи до Темочки, отнеси ему тортик да поговори, вы так давно не виделись. — Мам, он не будет. — Сходи, дорогой, сходи.
Ловлю Катин взгляд, пытаясь хоть улыбкой подбодрить, но та в ответ лишь пожимает плечами, давая понять, что нет причин волноваться о ней. Ну, не съест же моя мать её, верно? Конечно же, нет.
Беру уже подготовленный поднос со своей порцией и тарелкой для мелкого, вздыхаю напоследок да все же выхожу из кухни. Понятно, девочкам надо поговорить.
Катерина.
— Кать, ты же знаешь репутацию моего сына?
Кивнула, стараясь держать улыбку.
— Ну, он на самом деле выбился из рук. Понимаешь… мы с ним часто ругаемся… да и я никогда не была образцовой матерью для него… Он сильно переживал из-за Рината — его отца, а я… — Она вся обратилась в воспоминания, словно вглядываясь в отрывки прошлого, транслируемые на белой скатерти. Вдруг зажмурилась, тут же опять улыбнувшись. — Но пойми, каким бы трудным он не был, если он искренне тебя полюбит, он не посмотрит ни на одну. — Да, я знаю, всё хорошо. — Я лезу не в свое дело? — Нет, что вы.. — Ты мне кажешься очень хорошей девушкой, Кать. Он говорил тебе что-нибудь про его прошлые серьезные отношения?
Кивнула, не совсем понимая, ради чего говорить об этом.
— Я тогда только забеременела Темочкой и как-то выпустила из виду эту Катю. — Поморщилась. — Ты уж прости.. — Да что вы.. — Тебе, наверное, неприятно? — Нет, ни сколько.. — Разве? — Мама отпила чай. — Он не плохой парень, но.. — Всё в порядке. — Если он тебя обидит, можешь сказать мне, ладно? Уж я ему задам трепку.
Почему-то стало смешно, но все же решаюсь дослушать.
— Знаешь, — Мама до сих пор где-то далеко, словно сейчас вместе с этим тортом уловила что-то давно забытое. Вот, даже сейчас улыбнулась своим воспоминаниям. — Знаешь, я так ждала этот день, когда он приведет тебя… Ты очень милая, Катя… Прости..
Отводит взор, ломано улыбнувшись.
— Прости, что-то я растрогалась… Я его очень… люблю. Кать, что бы он не думал, понимаешь?
Ладонью закрывает глаза, а я решаюсь встать, бесшумно обогнуть стол и положить руку ей на плечо.
— Он вас тоже очень любит… правда. Вы очень нужны ему, не плачьте..
Едва касается моей ладони, замершей на её плече.
— Ты очень милая девушка… Только люби его, ладно? Не предавай. Я научу тебя чему угодно, хоть супу его любимому, только не предавай его. — Конечно. Не плачьте, ладно?
Всхлипнула, вдруг усмехнувшись.
— Да, едва ли Равиль поймет, что это я тут нюни распустила. — Мигом переменилась, усаживая меня на стул рядом. — Так что, Кать, чем ты занимаешься?
