Оливер заметил, что остальные ребята в очереди такие же низенькие и худощавые, как он сам. «Мышцы – это не главное, если хочешь подчинить себе волшебную силу!» – подумал он, и у него прибавилось решимости.
Показалось, что прошла целая вечность, пока он добрался до начала очереди и столкнулся с высокой женщиной с прямыми каштановыми волосами до плеч. На ней был темно-синий плащ, на руках – митенки с потрепанными краями, а на запястьях – бронзовые браслеты, символ адептов-разрушителей, внушавших страх всякому без исключения.
Вишенкой на торте стало то обстоятельство, что этим самым адептом оказалась его сестра.
– Элсбет?! – выпалил Оливер.
Его сестра, всегда такая надменная и сдержанная, выпучила глаза.
– Оливер! – Она вскинула палец, потом опустила руку, оглянулась, снова посмотрела на брата. – Я не думала… я не могу… ну, то есть… мне нельзя… Погоди. – Она закрыла рот и встревоженно нахмурилась. – Секундочку! Приведу другого проверяющего!
Она юркнула в шатер, а Оливер остался один под недовольными взглядами ребят из очереди.
Так прошла целая минута позора. Элсбет вернулась – за это время она успела заметно успокоиться.
– Чтобы отбор был справедливым и непредвзятым, испытание проведет архимаг Твэйтс.
Вперед выступил седовласый волшебник в длинной пурпурной мантии. Он смерил Оливера взглядом сквозь крошечные линзы очков для чтения, сидящих на самом кончике его длинного носа.
Элсбет хлопнула в ладоши.
– Ну, я пойду. Удач… – она даже толком не договорила свое пожелание. Вместо этого, торопливо кивнув (скорее, себе самой), скользнула обратно в шатер.
Оливер попытался выбросить ее из головы и сосредоточиться на причине, по которой теперь стоял перед седовласым волшебником.
– Чтобы стать учеником мага, мало выбрать палочку. Важно, чтобы и она тебя выбрала, – пояснил архимаг и указал на стол, где лежало примерно два десятка волшебных палочек из самых разных материалов. – Открой сердце магии – и почувствуешь, какая из них манит к себе.
Оливер внимательно осмотрел все палочки, стараясь не спешить, чтобы произвести хорошее впечатление, а потом выбрал серую, закрученную в длинную тонкую спираль, как рог нарвала.
Стоило ему взять ее в руку, как палочка вспыхнула мистическим лазурным светом. Из нее посыпались алые искорки и заплясали по деревянному корпусу. Оливер расплылся в улыбке, когда воздух вокруг принялся пульсировать. Мальчик чувствовал, как сгущается волшебная сила. Да! Иначе и быть не может. Он обрел свое призвание! Он будет самым настоящим ма…
Искорки затрещали и погасли, а палочка обмякла у него в пальцах, как вареная макаронина.
– Дитя, что же ты наделал?! – возмутился маг, забрав у него палочку, которая теперь едва ли отличалась от серого шнурка. – Да как такое вообще возможно? Эту палочку высекли из сердца ископаемого железноволка! Она незаменима!
– Я… я не хотел… – запинаясь, оправдывался Оливер.
Он жутко испугался, что опозорил свою семью, что вот-вот вернется Элсбет…
– Простите, нам пора! – воскликнула невесть откуда взявшаяся Уиллоу и, схватив брата за плечи, потащила прочь.
Мередит встретила детей вопросительным взглядом:
– Ну как?
Она осеклась, стоило Уиллоу провести пальцем поперек горла. Исход сразу стал ясен.
– Выше нос, сын мой! – сказал отец ободряюще. Будь у него такая возможность, он произнес бы воодушевляющую (а на деле совершенно бесполезную) речь, но, к счастью, Уиллоу этому помешала.
Тем временем объявили список новых учеников среди менее популярных профессий. Ребята, прошедшие отбор, обнимались с родными и друзьями. Оливер брел между шатрами, понурившись, а когда заметил, что соседский мальчишка, Лондон Ллевелин, принимает поздравления от семьи, стоя у шатра Гильдии фонарщиков, и вовсе прибавил шаг.
Когда они добрались до шатра законников, время подошло к обеду. Несмотря на вымученные слова поддержки от родителей, на душе у Оливера царил мрак. Он видел, что отец еле скрывает разочарование – его выдавал ноготь большого пальца, которым он щелкал по указательному. Оливер-старший всегда делал так, когда нервничал, например читая статью о новом начальнике, который принял скоропалительное решение по части законников, или об армии, что мобилизует дивизию орков. Если подумать, отец постоянно щелкал ногтем, пока читал газеты.
Законницей была сестра Оливера по имени Элоиза. Всякий раз, когда она заходила в гости, глаза отца сияли, как два маяка. Если бы еще один его ребенок попал в число тех, кто охраняет покой Блэкмура-на-Виверне, глаза Оливера-старшего, поди, и вовсе затмили бы какое-нибудь небесное тело.
Когда подошла очередь Оливера, капитан даже не поднял на него глаз.
– Пожалуйста, становись вот сюда, измерим твой рост, – указал он на табличку:
ЧТОБЫ БЛЮСТИ ЗАКОН, НУЖНО БЫТЬ ВОТ ТАКОГО РОСТА!
Оливер прижался спиной к стойке с линейкой, взъерошил волосы, вытянулся как только мог.
– Хм-м-м… – протянул капитан, наконец подняв на него глаза. – Ровно то, что надо. Ни сантиметром больше.
У Оливера радостно екнуло сердце.
Капитан глянул на его обувь.
