Тем временем городская стража предпринимала новые попытки перебраться на стену. Однако люди начали бояться незримого противника, слушая истошные вопли и глядя, как сослуживцы падали с крыши и самодельного моста. Стражники калечились, неловко приземляясь из-за неудобного и тяжелого снаряжения, а некоторые, поддавшись панике, умудрялись поранить себя собственным оружием. Выжившие же несли какой-то бессвязный бред, вылавливали безумным взглядом образы прошлого из пустоты и отмахивались поломанными руками от подбежавших на помощь товарищей, называя их чужими именами.
А бригадиры по-человечески упрямо отправили на штурм уже третью группу солдат, которые, откровенно говоря, не слишком-то рвались в бой против непонятно чего. Остальные же старались выглядеть занятыми, бегая вдоль стены квартала фей, призывая невидимых бандитов сдаться и отходя по улице назад, чтобы издали рассмотреть источник угрозы. Естественно, безрезультатно.
— А взять несколько лестниц из окрестных мастерских они никогда не додумаются? — презрительно прошипела Консалия. — Как можно быть такими изобретательными и такими тупыми одновременно? Люди…
Новая пятерка стражников наконец показалась на крыше дома. Они замерли у самодельного моста, живо обсуждая, кто из них пойдет первым. Гневный окрик бригадира быстро разрешил их спор, и один из солдат осторожно шагнул вперед, сжимая меч в трясущихся руках. Не дойдя и до середины, он внезапно взвыл, задергался, едва не свалившись вниз, повернулся и рубанул наотмашь. Идущий за ним человек успел лишь испуганно вскрикнуть и поднять руку в попытке защититься, но, как известно, безумие высвобождает силу, которую сдерживает благоразумие и инстинкт самосохранения.
Отрубленная кисть полетела в сторону, кувыркаясь в воздухе и оставляя за собой шлейф из багровых брызг. Шокированный солдат почувствовал, как по груди растеклось тепло. Позже до него дошла притупленная боль. Он понял, что удар сослуживца задел шею, но отказывался осознавать смертельность раны. Ему даже пришла в голову бесполезная идея — зажать порез и дождаться первой помощи. Вот только одной рукой он вцепился в меч, да так, что уже не мог разжать побелевшие от напряжения пальцы, а вторая недавно отделилась от его тела, поэтому шевелить ей стало весьма затруднительно. Расслабленно рассуждая о сложившейся непростой ситуации, стражник попятился назад, тяжело завалился на крышу, медленно скатился по ней и замертво упал на мостовую.
— А почему сам одержимый не предпринимает никаких действий? — спросила Консалия, внимательно вглядываясь в ничем не примечательный мерлон, за которым притаился загадочный противник. — Он дважды мог беспрепятственно сбросить мост, оставаясь незамеченным. Ну, незамеченным для стражи, не для нас.
— Он ранен. Возможно, серьезно.
— Откуда ты знаешь?
— Пахнет порченой человеческой кровью. Чуешь?
Лейтенант снова принюхалась и неуверенно кивнула.
— Мне знаком этот запах, — продолжил Вилбер. — Такой же был в конторе Элеро. Одержимый тогда провинился перед ростовщицей, за что получил чернильницей по голове.
— Норовистая фейка, — фыркнула Консалия. — Жаль только, что она его не добила.
Взбесившийся солдат беспорядочно размахивал мечом, сражаясь с тем, что рисовал ему воспаленный рассудок. Так могло продолжаться очень долго, но один неосторожный шаг положил конец безумию. Ноги стражника соскользнули, тело извернулось в конвульсивном пируэте, который окончился мощным ударом затылка о самодельный мост, и человек рухнул на брусчатку улицы, как мешок, набитый мясом и костями.
Оставшиеся на крыше стражники застыли. О выполнении приказа никто из них даже не думал, несмотря на ругань бригадиров. В их головы практически одновременно закралась одна и та же мысль. Уже несколько раз они собственными глазами видели, как вполне здравомыслящие люди внезапно сходили с ума и либо набрасывались на своих же товарищей, либо калечили самих себя. И все могло повториться вновь.
Прислушиваясь к назойливому шепоту паранойи, стражники медленно отступили друг от друга. В их глазах блестело подозрение, неровное дыхание выдавало тревогу и страх, в руках подрагивали мечи. Что происходит? Откуда будет нанесен следующий удар, полный безумного предательства? Кто, в конце концов, их враг? Где он? Там, здесь, в них, во мне — так думал каждый.
Одним словом, очередной отряд был полностью деморализован, а металлическая решетка на входе в квартал фей до сих пор не поднята.
— У нас есть дюжина раненых и мертвых стражников, — подсчитала Консалия. — Их покалечило и убило отродье Тьмы, которое проникло на охраняемую нами территорию, нарушив сразу несколько законов Атланской империи. К тому же в соответствии с новой договоренностью с атланами… ну, ты понял, командир. Кажется, упомянутая необходимость уже возникла.
— Трупики людишек — не причина, — поморщился Вилбер. — Договор с атланами — фарс. Нападение на квартал фей…
