На Баську уставился, и аккурат, что ведьмак, бровями пошевелил. Только Баська не испугалась. Тут, может, судьба скоро решится. Куда ей бровей чьих-то бояться?
А вот послухать она послухает.
Не дура.
Понимает, что царевич – это серьезно…
Глава 27 О том, до чего опасно заглядывать в прошлое
…мы снова ждем ребенка. Теперь уже из кабака…
Жизненное.
Про отборы невест Стася читала.
В книгах. В тех книгах, которые в приличном обществе считают если не неприличными, то всяко указывающими на отсутствие вкуса у их читателей.
И вот как-то вспомнилось вдруг все прочитанное разом и… и не хочет Стася на отбор! А то еще отберется ненароком, и будет ей к ведьмаку с князем еще и царевич.
А оно ей надо?
- Ты верно заметила, девонька, что желающих будет много. Более того, желающих будет очень много, - в доме Евдоким Афанасьевич обрел былую плотность, и теперь если просвечивал, то с самого краюшку. А так казался вполне себе настоящим. – Смотрины… суть в том, что любая девица, ежели она свободна, не только в смысле данных обещаний, просто холопки не допускаются… так вот, любая, подчеркну, девица, может получить право предстать перед царевичем и стать его женой.
- Так уж и любая?
- В теории, - усмехнулся Евдоким Афанасьевич.
- А на практике?
- А на практике… красота красотой, а политика – политикой. Поэтому да, старый закон работает, но… подозреваю вовсе не так, как мечтается о том юным красавицам.
Упомянутые красавицы зарделись. А Баська насупилась.
- Все начинается с храмов. Девицы, которые решили поучаствовать в смотринах сами ли, по родительскому ли слову, главное, что они обращаются в храмы.
- В любые?
- В любые… увидишь, завтра не останется в Китеже храма, в который не выстроится очереди из желающих попробовать…
Стася кивнула.
Оно-то понятно. Тут ведь не в реалити-шоу кастинг будет, а в потенциальные царицы.
- Каждая должна войти и коснуться камня. И если будет на то воля богини Ладоры, которую, как ни странно, почитают и ныне, хотя прежде люди помнили её вовсе под иным именем, но если будет её воля, камень вспыхнет белым светом.
- А… - тихо поинтересовалась Маланька. – Это… больно?
- Понятия не имею, - ответил Евдоким Афанасьевич. – Я ж не девица. Но считается, что это благословение божье. И потому к девицам, его получившим, всегда отношение особое. Пусть царицей станет лишь одна, но и другие женихов найдут.
- Не, - покачала головой Баська. – Мне царевич нужен.
- Зачем? – Евдоким Афанасьевич определенно удивился.
- Так… ведьма обещала же ж.
- Не я! – поспешила заверить Стася. – Я никому ничего не обещала!
- И правильно…
- Стало быть, благословение. А потом?
- Потом просто. Те, кто получил, а их обычно оказывалось не так и много, помнится, еще моя матушка говорила, что никогда-то больше сотни не набиралось, отправляются во дворец, где и живут, проводят время с царицей-матушкой, встречаются с женихом, а он приглядывается. И не только он. Следом за царской много иных свадеб играют.
Девицы задумались, а Стася втайне понадеялась, что благословение это – штука такая… редкая. Авось и пронесет.
- А… испытания? – на всякий случай уточнила она. – Устраивают?
- Зачем?
- Не знаю… чтоб понять, кто там лучше всех поет, кто – танцует, а кто печь или шить, допустим, умеет?
Баська с Маланькой переглянулись.
- Я огурцы солю, - сказала Маланька робко. – Лучше нашей стряпухи!
- Очень полезное умение для царицы, - Евдоким Афанасьевич усмехнулся. – Испытания… как-то, слышал, собирались их устраивать, но… девицы-то разные собираются. Вдруг да окажется, что какая-нибудь селянка стряпает лучше боярской дочки? Или еще чего? Да и… на кой оно царице? Её задача – наследника родить, а уж солит она там огурцы на досуге или бисером парсуны расшивает – дело третье.
Стасе показалось, что энтузиазм в глазах девичьих несколько поугас. Правда, не настолько, чтобы надеяться, что в храм они не пойдут.
Пойдут.
Вот ночью прямо и пойдут, если не сейчас.
- Завтра, - со вздохом сказала Стася. – Все и отправимся… а то мало ли что?
И Бес кивнул, а после, сползши с дивана, подошел к Баське, выгнул спину и потерся о ногу, то ли утешая, то ли просто так.
…может, все-таки повезет и камень не загорится?
- А… - уточнила Стася, спохватившись. – Мне-то туда не надо?
- В храм?
- В храм… в царицы… в царицы точно не надо, но…
- Если только сама захочешь, - Евдоким Афанасьевич покачал головой. – Но в твоих обстоятельствах…
И не договорил.
Хотя… что уж тут. Обстоятельства ясные, вон, узор на руке уже проступает, правда, бледный пока, едва заметный, и разглядеть его можно лишь, если приглядываться.
Но… нет уж.
Ей пока и без царевича женихов хватает.
Договор был писан не на бумаге.
Радожский принес его еще третьего дня. Как принес… два холопа немалой телесной крепости втащили в дом тяжеленный сундук из железного дуба, обитый для надежности полосами зачарованного железа. Сундук этот так о пол хряснулся, что пол упомянутый прежалобно затрещал.
Выдержал.
