И шериф Чалфонт, и Бьютимен смотрели на меня, не говоря ни слова.
– А еще он коллодиотипист, – добавил я. – Он делает фотографии особым способом – на бумаге, покрытой солями железа. Маршал Фармер полагал, что фальшивомонетчики могли заинтересоваться его методом в надежде, что с его помощью они улучшат свои поддельные деньги.
На самом деле это было мое предположение, но я приписал его маршалу Фармеру. Так оно имело больше веса, на мой взгляд.
Оба служителя закона продолжали созерцать меня в полном молчании. Я знал, что они думают.
– Мой отец – не Мак Боут, – заверил я их.
Шериф Чалфонт похлопал меня по плечу:
– Никто и не говорит этого.
Его помощник сплюнул.
– Он так считает, я же вижу, – промямлил я неуклюже и уставился на Бьютимена.
– Что я считаю, тебя вообще не касается! – огрызнулся тот, и моя неприязнь к нему вернулась.
Этот человек определенно умел задеть мои чувства.
– Послушайте, – обратился к нам шериф Чалфонт своим спокойным тоном. – Главный вопрос – это что нам сейчас делать? Возвращаться в Розашарон и собирать отряд? Или попытаться застигнуть этих людей врасплох в их убежище? Джек, ты что думаешь?
Помощник шерифа почесал щеку и нахмурился.
– Мы не застигнем их врасплох, если они знают о нашем приближении, – заявил он. – А они об этом знают, если им удалось захватить маршала. То, что его лошади здесь нет, ничегошеньки не значит. Кобыла же захромала, то есть они могли пристрелить ее и сбросить в ручей. И с маршалом могли поступить точно так же, кстати.
– Если дело обстоит именно так, – заметил шериф, – то в пещере мы уже никого не найдем. Узнав, что к ним направляются представители закона, Оллереншоу сразу бы собрал своих людей и скрылся.
Помощник Бьютимен согласился с этим и опять сплюнул.
– Но если Фармера они не нашли, то все обстоит иначе, – продолжил шериф свою мысль. – Семеро против двоих, плюс нам на руку сыграет неожиданность.
– Это если допустить, что мальчишке можно верить насчет количества людей, – подчеркнул Бьютимен.
– Мне можно верить, – вскинулся я.
– И почему я не могу избавиться от ощущения, будто ты пытаешься нас надуть? – проворчал он.
– Откуда мне знать! – выпалил я и едва удержался, чтобы не посмотреть на Митиваля, стоящего буквально в шаге от Бьютимена.
– Если ты заманиваешь нас в какую-то ловушку… – пригрозил мне помощник шерифа, ткнув пальцем меня в плечо.
– Зачем ему это делать? – возразил шериф.
– Я не знаю! Но я очень хорошо чувствую, когда от меня что-то пытаются утаить. Говорю тебе…
– Брось, Джек, – остановил его шериф. – Нам сейчас надо принять решение. Идем за подмогой или сами берем Оллереншоу? Что бы ты предпочел?
– Я предпочел бы, – начал Бьютимен, сверкая глазами, – оказаться сейчас в городе, за столом перед жареной курицей и пинтой эля! Вот что я предпочел бы, Деси! Но если ты спросишь меня, как нам следует поступить, то вот что я тебе скажу: я больше ни за что на свете не спущусь по этому чертову склону! Пусть хоть триста спартанцев меня толкают. Я пойду кружным путем, и не важно, сколько времени это займет.
– Кружной путь – это путь, которым мы сюда пришли, – подсказал мне Митиваль.
– Чтобы спуститься с горы другим путем, уйдет целый день! – закричал я.
– Что за надоедливый комар все зудит и зудит мне в ухо? – проворчал Бьютимен, обращаясь к шерифу.
– Да что я вам сделал? – заорал я.
– Хватит, хватит! – поспешил вмешаться шериф и рубанул воздух ладонью, словно разделяя нас. – Итак, Джек, подтверди: ты считаешь, что нам следует прямо сейчас захватить Оллереншоу, так?
– Да! – ответил его помощник и закивал с преувеличенным энтузиазмом.
– И я! – подхватил я.
Шериф Чалфонт посмотрел на меня внимательно. И до меня дошло: не надо было кричать. Наоборот, надо было затаиться, притихнуть в надежде, что они забудут о моем присутствии… Я понимал, что сейчас последует.
– Эй, Сайлас, – мягко начал шериф, – знаю, тебе не понравится то, что я собираюсь сказать, но тебя мы не берем. Даже не думай об этом. – Он не остановился, когда я попытался протестовать, только повысил голос. – Ты сейчас пойдешь по этой тропе к нашим лошадям и останешься там до нашего возвращения. А если мы не вернемся, ты сядешь на своего быстрого коня и поскачешь в Розашарон за подмогой.
– Нет, – возразил я. – Все меня оставляют. Пожалуйста…
– Я знаю, тебе пришлось нелегко, Сайлас, но…
Я прослушал, что говорил шериф дальше, потому что ко мне вдруг подскочил Митиваль и произнес тревожно:
– Кто-то идет сюда.
– Ш-ш-ш! – скомандовал я, поднимая ладонь кверху.
– Это что еще такое? – строго спросил шериф, думая, что я пытаюсь заставить его замолчать.
– Кто-то идет! – прошептал я и приложил к губам палец.
– Что ты опять… – рявкнул помощник Бьютимен, но шериф Чалфонт остановил его жестом.
На несколько секунд мы замерли, прислушиваясь.
