Например, в случае кризиса, чтобы не допустить девальвации национальной валюты и сохранить на прежнем уровне объем импорта, МВФ должен выделить стране дополнительные кредиты (или выкупить на некоторый срок национальную валюту в обмен на международную). Ничего подобного не случилось в момент кризиса 1998 года.
Кроме того, не должно быть разрыва в процентных ставках на денежных рынках этих стран. Иначе, если процентные ставки в стране-заемщике ниже, чем в стране-кредиторе, то кредитор несет убытки. Сейчас ЦБ принимает трехмесячные депозиты под 9% годовых, а доходность американских трехмесячных treasury bills колеблется на уровне около 6% годовых. Таким образом, при объеме валютных резервов, например, в 20 млрд. долларов и в условиях стабильного курса рубля к доллару ЦБ ежеквартально несет убытки на сумму 150 млн. долларов. Конечно, если курс рубля будет снижается, то отрицательная процентная разница компенсируется положительной курсовой. Но если курс рубля будет повышается, то к убыткам от отрицательной процентной разницы добавляются убытки от отрицательной курсовой разницы.
Центральный банк скупает валюту и, увеличивая свои валютные резервы, выпускает в обращение рубли. Что с ними делать? Считается, что они должны остаться на депозитах в ЦБ, так как не имеют товарного покрытия. Но они имеют валютное покрытие. Это как раз означает, что на самом деле у нас реализуется Аргентинская модель «валютного управления» (currency board), а к чему она привела Аргентину, мы уже рассказали в соответствующей главе.
Поскольку экономика требует большего количества денег для бесперебойного проведения расчетов, то инфляционное давление дополнительного денежного предложения на некоторое время сводится к минимуму. Увеличение денежной составляющей в расчетах позволяет бюджету увеличить сбор налогов живыми деньгами, что, в свою очередь, снижает потребность правительства в кредитах ЦБ и частично уменьшает денежное предложение. Но это если есть рост. А если нет, эта денежная масса резко повышает инфляцию. Кстати это и происходило во второй половине 2000 года. Официальные данные об уровне инфляции каждый желающий может проверить в ближайшем магазине: если цены за это время увеличились процентов на 30, то это еще хорошо.
Страна задыхается без кредитов. И при этом Центральный банк не знает, куда девать рубли. Очевидно, кто-то имеет с этого большую выгоду. Ведь государство может само покупать энергоносители у производителей, а потом само же продавать их на Запад. Тогда не надо будет выкупать большую часть экспортной выручки. Полученные доллары и есть те инвестиции, о которых столько говорит правительство. Почему же оно их не берет?
Сегодня у Минфина приоритетным является погашение им долга Центробанку. А ведь, несмотря на нынешнее благополучие бюджета, в среднесрочной перспективе финансовое состояние государства по-прежнему будет оставаться нестабильным из-за внешнего долга. Поэтому долги своему ЦБ не стоит торопиться погашать.
Но Минфин поступает с точностью до наоборот. Не спешит гасить свой долг перед бюджетополучателями разных уровней, а этот долг на начало 2000 года, и до конца не выверенный, составлял 96 млрд. рублей. Не задумывается об обслуживании гигантского внешнего долга. Нет. В первую очередь расчет идет с богатым Центробанком.
Да и сам ЦБ мог бы тратить часть валюты на приобретения российских валютных облигаций (евробондов), а не для покупки американских облигаций (treasury bills или treasury notes). Разумеется, евробонды вряд ли можно включать в состав валютных резервов из-за их низкой ликвидности, но пользу государству это принесло бы вне сомнения, поскольку позволило бы перенести внешний долг с нерезидентов на свой ЦБ. Трудно сказать, какая ситуация сложится в мировой и нашей экономике к 2003 году, когда Россия будет должна погашать евробонды на сумму 1.25 млрд. долларов и 750 млрд. лир. Не легче будет и 2004 год, когда к погашению будут предъявлены облигации на сумму 1.2 млрд. долларов, и 2005, когда должны погашаться «кириенковские» облигации на 3.47 млрд. долларов и 1.25 млрд. дойчмарок. Бюджетная ситуация к тому времени может оказаться благоприятной, а может и плохой. В этом случае нас ждет новый дефолт.
Тем более что кроме погашения еврооблигаций, на это же время (2002—2003) придется погашение ОФЗ, выпущенных в начале 1999 года. Не говоря уже о платежах по евробондам, выпущенным при реструктуризации долгов Лондонскому клубу (а теперь к ним прибавятся платежи Парижскому клубу), и обслуживании кредитов МВФ, МБРР и ЕБРР.
Нет. ЦБ не интересуется спасением экономики и финансов России. Он продолжает кредитовать США. Кто же ему подскажет, что он ЦБ России, а не США?
