Максим решительно выдохнул. Придерживая двумя пальцами края рассеченной штанины, он попытался раскрыть их, но внезапная режущая боль заставила его сдавленно вскрикнуть и упасть на спину. Как будто место ожога пытаются пропилить ребром бумаги… Несколько мгновений Максим, тяжело дыша, безучастно разглядывал неподвижные кроны лавров над головой, черные на фоне светло-серого неба, потом, набравшись сил, задержал дыхание, поднялся и снова осторожно взял в руки окровавленную ткань. Пот заливал глаза, капал на нос, на одежду, затекал в уши. Максим быстро вытерся рукавом. Он продолжал тянуть, медленно-медленно, сдерживая крик боли за крепко сжатыми зубами, пока взору не предстал окровавленный и сильно загрязненный желоб от пули, прошедшей по касательной. Раневой канал напоминал русло наполовину высохшей речушки, только грунт берега заменяла человеческая плоть, а вместо воды на дне блестели грязные сгустки крови вперемешку с земляными крошками и частицами материи, выбитой пулей из штанины по ходу движения. Артерии и вены не задеты, кровотечение капиллярное, умеренное. Максим с облегчением выдохнул, истратив чуть ли не весь запас кислорода в легких, не в силах поверить, что ему так повезло. По сравнению с тем, что могло случиться, это и впрямь невероятное везение.
Сверху громко зашуршало. Кто-то съехал по откосу позади Максима и шлепнулся на дно оврага, но не успел Максим оглянуться, как к нему подлетела тщедушная тень и бросилась на шею.
– Ты жив!.. Ты жив!.. – придушенно плакала она.
– Господи… – выдохнул ошеломленный Максим и с трудом оторвал девушку от себя.
Лицо перепачкано, на щеках светлые дорожки от слез, глаза и нос покраснели от рыданий, губы дрожат… Одежда облеплена песком и лесным мусором. Лола была насквозь мокрая и оттого казалась еще младше и беззащитнее: подросток, невесть каким образом очутившийся так далеко от дома.
– Что ты здесь делаешь? – беспокойно зашептал Максим, сжимая ее окоченелые руки в своих ладонях. – Они сейчас придут за мной.
– Тебя ранили? Я видела, как в тебя стреляли… Ты упал… Ты ранен?.. – в ужасе частила она бескровными губами, бродя лихорадочным взглядом по его лицу, по рукам, по всему телу.
Максим притянул девушку, повернул ее голову к себе и поймал заволоченный слезами взгляд. Лола плакала беззвучно и даже не всхлипывала, слезы стекали по чистым дорожкам и капали Максиму на руки, обжигая и причиняя боль.
– Со мной не случилось ничего смертельного, – произнес Максим размеренно и четко, чтобы она вникла в смысл его слов. – Ранение касательное. Чиркнули по ноге. Обычная царапина.
Лола проследила взглядом за его рукой, заметила кровь на штанине в районе левой голени, потянулась к ней, но в последнюю секунду отдернула свою грязную руку, побоявшись сделать Максиму больно или занести в рану инфекцию.
– Нужно промыть и зашить… Надо принести воды… Мы используем мою футболку вместо перевязки… но в чем принести воды… Я видела, как ты убежал с моим рюкзаком… – Лола не переставала плакать. – Он где-то здесь?.. Там есть иголки и нитки… Мы зашьем твою рану и…
Максим ласково сжал ее холодные пальцы.
– Лола, я должен вернуться, – прошептал он и сразу почувствовал, как ее тело будто окаменело в его руках.
– Ты не можешь!.. – в ужасе задыхалась она.
– Мне придется. Руслан остался у них.
– Но после того как ты пытался… Тебя убьют!..
– Нет, мы нужны им живыми. У них правила, им нельзя калечить и убивать пленников, – убеждал ее Максим и вдруг понял, насколько беспочвенна и слепа его уверенность в собственной неприкосновенности. Может, этим скотам и запрещено калечить и убивать заложников ради забавы, но это вовсе не значит, что им не велено стрелять в беглецов на поражение. Остров посещаем, цивилизация по соседству, оставлять беглецов в живых опасно. Вдруг не вернется, ослушается приказа, наплюет на друзей? Скрывшись из виду, затаится в укромном месте, с очередной группой туристов доберется до Мельтаховского архипелага и расскажет всему миру о том, что скрывает в своих глубинах обманчиво безмятежный Понкайо.
Противоречивые мысли заполонили голову. Правильно ли он истолковал слова и действия захватчиков?.. Точно ли стреляли по ногам?.. Все это вихрем пронеслось в воспаленном мозгу, но размышлять об этом не было времени. Максим вернул на лицо невозмутимое выражение.
– Лола, послушай… – Он перенес вес на здоровую ногу, снял руки Лолы со своей шеи и оставил в ладонях. – Послушай меня. Видишь заросли под корнями? Смотри, куда я указываю. Там твоя сумка. Забери и переоденься, ты вся дрожишь.
– Скажи, что сделать… Я помогу…
– Лола, я не могу остаться. Руслан…
– Нет… Я знаю, что не можешь… Я о другом… – Она сглотнула слезы. – Скажи, как помочь вам… как спасти…
– Ты с ума сошла? – испугался Максим. – Даже не вздумай вмешиваться, слышишь?! Мы с Русланом сами постараемся выбраться!
– Но я могу помочь!..
