Для вступления на престол Фарнака I может быть выбрано два критерия. Первый - война Пергама и Вифинии, которая, согласно последним датировкам, началась в 186 г., если принимать во внимание политическую ситуацию в Азии в то время[8]. Второй критерий - известная надпись из Телмесса, датированная 14 годом царствования Евмена 11=184 г. до н. э. В ней царь Евмен, спаситель и благодетель телмесцев, назван победителем Прусия, Ортиагона, галатов и их союзников, среди которых был и понтийский царь Фарнак I[9]. Во время войны 186-184 гг., в которой Пергам разбил вифинские войска, царь Понта поддерживал Прусия I с самого начала кампании, поскольку в то время, когда к вифинскому царю на помощь прибыл карфагенский полководец Ганнибал, Прусий находился в Понте у своего союзника Фарнака и готовился к началу военных действий (
Союз Понта и Вифинии можно объяснить тем, что Вифиния была в плохих отношениях с Пергамом, который, по воле́ римлян, владел Великой Фригией, а Прусий I захватил Малую Фригию, поэтому пон-тийскому царю, не смирившемуся с потерей владений своих предков во Фригии, было выгодно в подобной ситуации вступить в дружбу и союз с вифинским правителем, стремившимся отторгнуть у Атталидов большую часть их владений. Только таким путем можно было сохранить надежду на приобретение всех фригийских земель.
Однако вскоре союз Вифинии и Понта распался. Как установил Э. Вилль, спорная территория должна была отойти к Пергаму, а Пру-сию вменялось в обязанность отдать ему еще часть исконно вифинских земель. Одновременно Евмен II приобрел Галатию[10]. В результате посольства Т. Квинкция Фламинина в Вифинию, Риму удалось вернуть это государство в разряд дружественных царств (
Подобный ход событий не устраивал Фарнака I, поскольку все области, на которые претендовали его предки и он сам, оказались в руках противников. А Каппадокия, родовая вотчина Отанидов, на которую, согласно расчетам Митридатидов, в первую очередь должна была распространяться их гегемония как законных и единственных наследников славы рода Отана и Дария I Гистаспа, вообще оказалась в союзе с врагами Понта и имела дерзость угрожать стабильности их государства. Этого тщеславный и коварный Фарнак уже не мог снести. Ему оставалось только попытаться вооруженным путем восстановить свои права на Фригию и Каппадокию, а затем и на другие области, некогда входившие в домен Отанидов и их преемников - ахеменидских сатрапов, коих Митридатиды как истинные хранители иранских традиций почитали выше всякой меры. Вот почему справедливо считать войну 183-179 гг. до н. э. между Фарнаком и коалицией Пергама, Каппадокии и Вифинии в некотором роде продолжением конфликта 186-183 гг.[12], хотя это по-своему уникальное явлением в политической жизни тогдашнего мира.
Причины войны 183-179 гг. заключались в стремлении Фарнака не допустить расширения владений Пергама и Вифинии за счет земель, которые, как он полагал, по праву должны принадлежать Понту. Речь идет, в первую очередь, о территориях на западе - Фригии и Галатии[13], а на восточных границах аннексия земель рассматривалась как дело второстепенное, к которому собирались приступить после укрепления позиций на западе. Мы полагаем, что захват Синопы не связан прямо с задачами, которые ставил Фарнак на западе. Овладение ею только хронологически вписалось в контекст событий войны с Пергамом и его союзниками. Если бы план захвата Синопы был составной частью территориальных амбиций Фарнака на западе, то город фигурировал бы в мирном договоре 179 г. А поскольку его там нет и он был признан владением Понта, то его захват следует рассматривать как продолжение политики, которую начал Митридат III.
