Сходятся они только в одном.
Все драконы могущественны и смертельно опасны.
Зверя нельзя было назвать особенно огромным. Если бы в пещере присутствовало небо, вряд ли бы он его застил. Метров пятьдесят от головы до кончика хвоста. Чешуя носила темно-красный окрас с золотистым отливом, голова была размером с «жигули», из нее торчали огромные белоснежные клыки. Во всем остальном он походил на обычную рептилию, размерам которой мог бы позавидовать любой крокодил из фильма ужасов[68]. И еще у него были крылья. Сейчас они были сложены по бокам туловища и напоминали два горба. Глаза у дракона были, как фары от шестисотого «мерседеса», и горели золотым огнем. Смотрела зверюга прямо на нас.
– Флакар Карадас, – прошептал гном.
Что-то подсказывало мне, что отсюда надо уходить, и уходить немедля, но мои спутники смотрели на зверя, как зачарованные.
– Проклятие гномов, – сказал сэр Реджи. – Вот что выгнало отсюда твой народ, сын Дэринга.
– Морган, – сказал Теффас, – ты же специалист по истреблению драконов или нет?
– Не таких, – тихо сказал маг. – Моей силы тут недостаточно. Уходим.
– Стоим нам пошевелиться, и он атакует, – сказал сэр Реджи.
– Рано или поздно он все равно атакует, – возразил Теффас.
– Он ждал нас здесь, – сказал гном. – Ждал, пока мы придем сюда, потому что это единственный выход по эту сторону гор. Он слышал наше приближение, видел нас, ведь он способен видеть в темноте. Он играет с нами.
– Должно быть, ему было скучно, пока мы не появились, – сказал я. – Есть у кого-то конкретный план?
– Я виноват, – сказал Кимли. – Это все мое упрямство.
– Он знал о нашем присутствии и до того, как я осветил зал, – сказал Морган. – И до того, как погас мой посох. Я должен был раньше узнать этот запах. Мертвый воздух, в котором живут драконы.
– Послушайте, – попытался я их образумить, – сейчас не самое время выяснять, кто в этом виноват. Сейчас самое время что-нибудь предпринять. По идее, сейчас кто-нибудь должен был вызваться задержать зверюгу, пока отряд успеет отступить. Этот кто-нибудь обязательно должен будет погибнуть, и о его смерти, его героизме и его самопожертвовании будут сложены прекрасные песни. Только никто не рвался вперед. Оно и понятно, как такую тушу удержишь?
Дракон шевельнулся, его крылья дрогнули, а из ноздрей показалась струйка дыма. Или пара. Сейчас это не было главным.
– Дри, – сказал я. – Беги первой.
Она не стала говорить, что не оставит меня, что не хочет расставаться и что готова умереть вместе со мной. Она просто кивнула. Мне это понравилось.
Морган крутанул свой посох в руке, и свет померк, оставшись только в самом дереве, из которого был сделан инструмент волшебника. Но мы видели глаза дракона, и смотрели они прямо на нас.
Морган раскручивал свой посох все быстрее и быстрее, пока в воздухе перед магом не завис светящийся круг.
– Назад! – крикнул маг и выпустил посох из рук. Все так же бешено вращаясь, тот остался висеть в воздухе.
Мы не заставили просить себя дважды.
Дракон взревел, и сама гора содрогнулась от его рева.
Каменная пыль посыпалась со стен и потолка, когда мы бежали по проходу.
Казалось бы, бегство недостойно героев, призванных спасти мир, но иногда оно является единственным выходом.
Дри грациозно неслась передо мной, каким-то чутьем, наверняка свойственным только эльфам, она находила правильную дорогу и в кромешной тьме умудрялась не врезаться во всякие выступы породы. Я бежал следом за ней, по пятам тяжело топал Кимли. Теффас и старый маг, который для своего возраста развивал приличную скорость, следовали за ним, прикрывал бегство сэр Реджи.
А сзади доносился рев дракона.
– Быстрее! – крикнул Морган. – Моя защита долго против него не устоит!
Но прибавлять было уже некуда, мы и так мчались во весь опор. Вокруг была тьма, а сзади – недружелюбно настроенное животное. Интересная переделка, подумал я, из таких, которые потом вспоминают с диким хохотом, чтобы под его раскатами скрыть сотрясающую тебя дрожь.
Еще двести шагов. Кимли споткнулся, кубарем полетел вперед и ударил меня под колено, сбив с ног. Морган обежал внезапно возникшее препятствие в виде наших лежащих тел справа, вдоль стены, Теффас и сэр Реджи просто перепрыгнули. Останавливаться никто не стал. Нас с Кимли не надо было подгонять.
Вот мы уже оба на ногах, отставая от основной группы на десяток шагов, а рев ощутимо приблизился. Очевидно, зашита Моргана пала, как он и предупреждал.
– Интересно, – пробормотал Кимли, – эта зверюга любит гномов с кровью или хорошо прожаренными?
– Скорее уж обугленными, – сказал я.
И мы заткнулись. Надо было беречь дыхание.
Вскоре мы миновали место стычки с орками, тела их по-прежнему лежали на местах, не привлекая мародеров и падалыциков. Мародеры и падалыцики не так глупы, как орки. По крайней мере, не настолько глупы, чтобы жить в одной пещере с драконом.
Я надеялся, зверюга слишком большой, чтобы протискиваться за нами по всем проходам, которые мы миновали этим днем, но, видно, надеялся зря. Тяжелые шаги гигантской рептилии вызывали дрожь камня, и с каждой минутой они становились все ближе.
