Немного подумав, находясь всего по пояс в воде, здоровяк направился к центру речки и, проплыв метров десять против течения, свернул к противоположному берегу. Выйдя на который отряхнулся и щурясь начал что-то искать в самой водяной кромке, одновременно отмахиваясь от прилетевших на вкусную добычу насекомых. Достигнув своей цели, Игнат повторил свой путь, но уже в обратном направлении и протянул Лютомиру закрытую ракушку.
— И зачем? — спросил десятник, принимая небольшого речного моллюска длинной чуть меньше десяти сантиметров.
— Помнишь, как в детстве желания загадывали? — вопросом на вопрос ответил здоровяк устраиваясь поближе к огню. — Загадай желание и открывай.
— Да какие тут желания. — скривился Лютомир. — Сам же знаешь, чего ждать уже этой осенью, я не говорю уже про то, что начнется дальше.
Голодные годы ситуация очень сложная. Если люди не могут обеспечить себя едой, то идут к тем, у кого она есть. И здесь уже мало для кого остается значимым, живут они в одном государстве, княжестве, городе, а иногда и даже в одной деревне. Причем лучше всего в ситуации разбирается как раз дружина. Потому что именно им год за годом приходится справляться с последствиями.
— У нас все будет нормально. Еды много, еще заготовить успеем не мало. Березе поможем, а больше поблизости никого нет. В Павах почти никого не осталось, если придут оставшиеся, то возьмем к себе или еще как договоримся. Не переживай, тебе работы сильно не прибавится. — медленно, но развернуто ответил Игнат.
Сегодня торопиться было уже совсем некуда и старые друзья не спеша перекидывались фразами, как обычно обсуждая происходящее и слухи, которые возможно кто-то мог не знать. Ночная темнота тем временем продолжала наступать и местные совсем пропали из виду. За последние полчаса единственными людьми, стал лишь небольшой патруль из двойки стражников, прибывших вместе с ними в Березу. Ночная смена несла службу, периодически обходя территорию в пару сотен метров вокруг почтовой станции.
Где-то с противоположной стороны деревни раздалось громкое мычание коровы, которая решила продолжить свое бодрствование или что-то ей помешало, и патруль не спеша направился в ту сторону, хотя, проходя перед начальством, все-таки немного ускорился.
— Когда уже начнется спокойная жизнь? — задал в пустоту риторический вопрос Лютомир.
— Не рановато ли ты на покой захотел? — улыбнулся Игнат, натягивая на обсохшее тело рубаху.
Пора уже было и правда идти отдыхать, но лишь только до рассвета. В обратный путь они отправятся сразу, как начнет светать. Даже позавтракать договорились уже по пути на первом привале, пока лошади будут отдыхать.
— Ну, не совсем на покой. — замялся десятник. — Но согласись, беспокойной наша жизнь стала в последние годы. То тати, то другие разбойники, да еще и боярские разборки те. Теперь вот еще голодный люд на дороги выйдет. А, ведь раньше спокойнее жили.
Игнат осторожно повернулся к Лютомиру и очень тихо спросил.
— Ты имеешь ввиду до появления Тимофея?
Нечто подобное здоровяк уже слышал от других, правда отрывками. Громко подобное никто не обсуждал, но тема была явно не новой.
— Как будто, невезучий он. — пожав плечами ответил Лютомир, тоже начиная собираться.
— А мне кажется совсем наоборот. — строго ответил Игнат, резко сменив тон. — Разве неудачник может такого добиться?
Здоровяк уже собрался перечислить все достижения молодого парня, который за последние несколько лет не то что построил одну деревню, а уже начал протягивать свои руки намного дальше.
— Кто его знает? Моё дело небольшое. — вновь пожал плечами десятник и стал прибивать небольшие тлеющие ветки большой палкой, лежащей неподалеку.
Костры в жилой зоне где попало не разводили, обычно для этого были выделены определенные места. И дело тут не только в безопасности, хотя она и являлась основной причиной. Если каждый раз разжигать огонь в разных местах на небольшом участке набережной, то за год и тем более за несколько лет, она просто превратится в пепелище. Поэтому кострища были в одних и тех же местах и даже обложены небольшими камнями. Оставлять без присмотра огонь было запрещено. Поэтому десятник сначала прибил догорающие ветки, а затем еще и залил кострище водой из речки.
— Мы со всем справимся и всё будет хорошо. — уверенно продолжил Игнат.
— Дай Бог! — ответил Лютомир и поднял руку в прощальном жесте. — Доброй ночи.
Медленно добравшись до бывшего дома главы Березы, Лютомир осторожно открыл дверь и тихо зашел внутрь, стараясь не разбудить постояльцев. В этот раз их делегация была значительно больше обычного и они расположились не только на почтовой станции, но и здесь. Этот дом так никто и не занял и негласно он стал дополнительной резиденцией Тимофея и Прокопа.
