Поэтому после того, как я пришёл в себя, принялся проводить экспресс-анализ. Сначала подвигал пальцами, сосчитал их. Всё в порядке. Потом руками потрогал ноги – всё на месте, да и кости на ощупь целы. Затем настал черёд лица. При болевом шоке даже серьёзные травмы могут не ощущаться. Глаза – на месте. Нос и рот… Так, зубы есть. Я жив – это хорошая новость. Долго ли ждать помощи?
- Сударь, вставайте, - услышал я чей-то голос. – Негоже вот так спать посреди улицы… Да ещё и щупать себя, словно вы инвентаризацию проводите.
Открыл глаза. Фу-х, я живой. На всякий случай ещё раз посмотрел на свои руки-ноги. Всё на месте. Вот это замес! Как я здесь оказался? И где Бобёр? Где этот капитан, прапорщик и солдаты? Я дернулся и осмотрелся. На мне была надета… Роба. Не камуфляж, а роба. Грубая холщовая ткань, грубая стёжка.
- Вам помочь подняться? – спросил меня мужчина. – Ну вы, сударь, и напились…
- Простите, - ответил я. – Разморило, должно быть. Извините. Не рассчитал свои силы, выходит.
- Слава богу, целы, - ответил прохожий и немного улыбнулся. – Шли бы вы домой спать. Тут и патруль может проходить.
Советчик ушёл медленной, степенной походкой. Я поднялся. Размял руки и ноги, шею. Я опять в этом сне! И вновь он был настолько детализированным, настолько реалистичным, что мне стало жутко. Мимо проходили люди. Мода была забавной. Мужчины – сплошь в костюмах. Иные были в рубашках, но могли носить жилетки.
Женщины были одеты по-разному. Но очень много тех, кто носил юбки, платья, сарафаны… Очевидно, тёплое время года. Были дети, одетые максимально просто: холщовые штаны, нелепые сандалии, рубашки. А потом мне попался мальчик лет пяти, одетый, как маленький джентльмен. Длинный пиджак, брюки, белая рубашка.
Цилиндр на подвязке. Детские коляски с металлическими колёсами. Я не мог поверить, что это – сон. Таких снов не бывает! Просто пошёл вперёд, чтобы не привлекать внимания. Скорее всего, я по-прежнему бомж. Нищий, бесправный. Хорошо хоть не вонючий. Свернул в сторону и оказался на некоем подобии пешеходной улицы. Автомобилей не было, как и дороги в целом.
Зато всюду – красивые витрины. Надписи, так похожие на США 90-х годов. Неон, красивые картинки. «Охладись Кука-Колой!» «Откушайте блин с начинкой!» «Новые поступления: практичная одежда для всех». Очень тепло и лампово. Но полюбоваться ими от души я не мог. Потому что жутко хотелось кушать. Еда тоже продавалась. Я просто застыл и смотрел на эти витрины, полные пирожных, закусок, свежих хлебов.
На людей, что несут еду. Что пьют напитки из стеклянных бутылок. И тут мой взгляд зацепил… Следователя. Того самого, про которого полицейские в прошлом сне говорили с придыханием. Который на допросе поил меня кофе. Вроде бы, его звали Фёдор Михайлович? Он, видимо, уже давно глядел на меня. Улыбался. Расстояние между нами сокращалось.
- А вот ты где, - сказал он мне добрым голосом, как старому знакомому. – Вся жандармерия с ног сбилась. Объявили план перехват, перекоп, перегной, прости господи. А ты – тут стоишь. Чудеса!
- Я… - ответил, обескураженный его словами. – Я тут, да…
- Говорят: Гудини! – хохотал следователь. – Мне что? С меня взятки – гладки. Я – следователь. Охрана отделения вне зоны моей ответственности, ежели разобраться. Но за державу обидно. Ну, пойдём.
- В отделение? – проговорил я с ужасом.
- Сначала – в кафе, - ответил Иванов. – Кушать-с хочу, погибаю. И ты, по всей вероятности, тоже оголодал. Только давай сразу договоримся, Семён Непомнящий. Одно резкое движение – пристрелю. Без предисловий. Ибо я человек добрый, но меткий. Рефлексы всегда опережали моё сознание.
- Понял, понял…
Умирать ещё раз мне не хотелось. Мы шли, а я всё пытался понять, где реальность, а где – сон. Может, я на самом деле бомж? И мне только снится московский вуз? Доставка еды, ночные смены, а теперь ещё и армия. Интересно, чем там всё закончилось? Выжил ли Боба? И почему этот склад рухнул?
- Ты уж не обессудь, - продолжал следователь, пока мы шли вперёд. – Это не угроза, а лишь предупреждение. У меня на поясе такая пушка, что бизона на ходу положит. Иные умирают от одного вида такого оружия. Мы друг друга поняли?
- Так точно, товарищ следователь, - отчеканил я.
- Товарищ? – удивился Иванов и тут же принялся хохотать. – Ну, не то, чтобы товарищ… Но за смелость так и быть, угощу тебя обедом. Пить будешь?
- Нет. Пить – точно не буду.
- Ты точно не будешь пить что? – спросил следователь, когда мы приблизились к одному из заведений. Яркие вывески, терраса. На вид оно было самым шикарным. – Пиво? Шнапс? Или может не хочешь выпить замечательного крымского вина?
- Что нальёте, - скромно вздохнул я.
- Другой разговор! В общем мы обычно дозволяем себе выпить бокал хорошего эля. Но так, чтобы потом можно было вернуться к работе.
