Сверху раздался треск молнии, и над нами раскрылся плащ-парашют. Я быстро распахнул глаза и, тяжело дыша, уставился в ту сторону, где по моим прикидкам должен был располагаться выход из подземного хода. Я успел зацепить взглядом дюжину людей в лошадиных масках-шлемах, и Кая тут же нырнула в лесопосадку. Ветка первого же попавшегося дерева больно хлестнула меня по лицу, и я тут же уткнулся в спину рыцарши.
— Джус нас раскусила, — сказала быстро моя сипуха. — Ее девчонки.
— Куда мы сейчас? — спросил я осторожно.
— Бой идет на юге, значит мы двинемся на север, а потом повернем на северо-запад, когда отлетим подальше, — сказала Кая. — Благо Красная гора как раз в том направлении. Но до края города мы поедем на лошади.
— Где мы найдем лошадь? — удивился я.
И неожиданно мы, выскочив из закончившегося леска, буквально врезались в крышу конюшни.
— Позаимствует, — пыхтя и потирая ушибленные колени, сказала Кая, вызвав у меня улыбку такой формулировкой.
Мы долго, молча летели над заросшими маками полями Вадгарда. Звезды замерли на небе и следили за нами пристально, словно сотни горящих во тьме глаз. Кая то и дело сверялась с ними, безошибочно находя правильный путь. Мы не стали зажигать свет и облетали по дуге любые поселения. Гром и сверкание заклинаний остались далеко позади, и никто из нас не решался заговорить об этом первым.
Я медленно но верно начинал жалеть о своем глупом, импульсивном решении сбежать.
Ну в конце-то концов, кем я себя возомнил? Великим спасителем? И с чего я только решил, что Ласла кинется за мной в погоню? Откуда только во мне взялась эта уверенность? Я королеве никто, да еще и повел себя как полный идиот. В голову запоздало закралась мысль, что она лишь осведомится у лавандовой королевской семьи, добрался ли я до них, и плюнет. Плюнет, сядет и будет ждать, пока они не отошлют меня ей обратно.
— Эй, — позвала меня неожиданно Кая. — Ты как?
— Чувствую себя идиотом, — вздохнул я.
— О, отлично! — сказала с нескрываемым сарказмом благоразумная сипуха. — А я еще, дура, думала, что у тебя есть очередной план и ты знаешь, что делаешь!
— Ну, на самом деле план есть, — вздохнул я. — Но не у меня.
— Ты это о чем?
— Вспомни наше гадание пол года назад. Ты наверняка забыла… а я его каждый день повторял чтобы из головы не вылетело.
— Хорошего же ты обо мне мнения. Все я помню, — буркнула Кая. — Друг, совет, обманщик, смерть, огонь.
— Эллиот, совет по поводу Луки, Лука, старая нянька, устроенный мной пожар, — прокомментировал я.
— Пять тайн, — вздохнула сипуха. — Да, ровно пять важных погружений в прошлое. Три цветка, зажигалка и яйцо синей птицы.
— И последнее. Мельница была. Смерть Хего Шора была. В путешествие мы как раз направляемся. Остались только встреча и еще одна смерть.
— А что, если это — твоя смерть? — осторожно, будто боясь собственных слов, спросила Кая. — Или смерть Ласлы. Или… моя?
— Не думаю, — покачал я головой. — Не знаю… я уверен, что план Эрика не включает нашу с тобой смерть. Да и вообще, он был затеян чтобы спасти от смерти Ласлу. Так что…
— Не обманываешь ли ты сам себя? — мягко оборвала меня сипуха. — Эрик уже убил Ганса, чего ему стоит убить еще и нас с тобой?
Я прикусил губу, медля с ответом. Я не боялся смерти уже довольно давно. Да и последний год стоил того, чтобы за него умереть. Если бы умер я сам… да и пусть. Но я бы не хотел потерять Каю. И тем более Ласлу, близкую к тому, чтобы освободиться наконец.
Толком поразмыслить на эту тему я не успел. Из-за темного силуэта одинокой горы, похожей на огромный вскочивший на земной тверди прыщ, выплыл одинокий огонек. Прошло долгих полчаса, прежде чем я рассмотрел за этим самым огоньком силуэт чего-то, похоже по форме на мяч для регби. Дирижабль?
— Кажется, это тот корабль, о котором мне говорила Лука, — пробормотала Кая. — То-то я удивилась ее словам, что ее друзья доставят нас к Конкори часов за пять-шесть.
— Я раньше не видел на кете дирижаблей, — хмыкнул я. — Это ведь очень удобная форма, не понимаю, почему у вас все корабли не делают именно такими.
— Дирижабли? — повторила за мной незнакомое слово Кая. — Темноходами они у нас здесь называются. Поднимать в воздух сломанные корабли экономичнее. Темноходы же делать дорого слишком и сложно… их всего пять штук на всю кету. Дай подумать — два принадлежат льняникам, один — лавандам, один — розам и еще один — пиратам.
— Может, Конкори как раз и прислали за нами свой? — с надеждой спросил я.
Однако когда мы подлетели ближе, стало ясно — это точно не королевский корабль. Темноход имел длинный, хищный шип бушприта на носу, сверху, снизу и по бокам красовались перепончатые плавники-паруса, а за толстым брюхом корабля тянулся длинный шлейф из черных лент. Черная обшивка изобиловала дырами, а на боку красовалось пятно, похожее на загноившуюся рану.
— Болячка, — констатировала Кая.
— Ты о повреждение на корпусе? — не понял я.
