Возвращаться в сумрак после еды не стал, так и сидел, укутавшись в плащ, периодически согревая себя у воссоздаваемого пламени. Всего один гит энергии, а об её экономии, имея в запасе суммарно девяносто единиц, можно было не заботиться.
С выходом к Шалогу он ошибся не сильно, оказавшись чуть левее по направлению и дальше мили на полторы, как раз возле обширного постоялого двора на развилке тракта.
Оставаясь в сумраке, направился пешком к городу. Шёл один. Таня, видимо почувствовав некоторую вину за свою болтливость, рядом с ним не объявлялась.
Он не торопился, наступил уже вечер, и сегодня он созданием портала заниматься не будет. Понятно, темнота бы ему в этом деле нисколько не помешала, но требовалось найти подходящее место, а для этого нужен был день. Хотелось подобрать такое же удобное как в Ровене, чтобы рядом с ним не проходило активного людского движения, и, в то же время, появление оттуда человека или нескольких не вызывало бы удивления или пристального внимания прохожих.
Андрей миновал предместья, где в трактирах уже началась самая весёлая пора, отчего весь путь его там преследовал шум драк, танцев, пения и споров, доносившийся из распахнутых окошек.
Городские ворота начали закрывать, пропустив наружу небольшой отряд коммунальных рабов с мётлами и лопатами на плечах. Мост ещё не задвигали, так что, ол Рей спокойно по нему прошёл и проник в столицу Гирмии сквозь захлопнувшиеся прямо перед его носом створки. Для адепта тени эта преграда — не преграда.
Шалог встретил его обычным гулом большого города и множеством огней факелов и масляных ламп над входами зданий. А ещё город показался ему более зелёным, чем Далий или Ровена.
Понятно, ночью все кошки серы, тем более, при взгляде из сумрачного слоя, но количество деревьев на улицах было и в самом деле необычайно большим. И так обычно узкие проезжие части средневекового города из-за то тут, то там раскинувших свои ветви дубов и ольхи здесь выглядели ещё меньше, повозки и носилки при встрече разминались с большим трудом.
Пропетляв с четверть часа, уже с наступлением темноты вышел на центральную улицу и двинулся в направлении храмовой площади, ратуши и дворца, присматривая себе более-менее приличный трактир. Ночевать хотелось в чистоте и спокойствии, решил, что на сегодня ему приключений хватит.
Ничего стоящего пока не попадалось. Миновал уже четыре гостиницы, но во всех было слишком шумно. И тут, проходя мимо ворот какого-то особняка, притормозил, пропуская паланкин, который который несли восемь рабов.
Понятно, зачем столько носильщиков потребовалось, лежавший в нём на подушках адепт воздуха был просто необъятных размеров. Такого переправь на Землю, и он там точно абсолютным чемпионом по борьбе сумо станет.
— Господин. — догнал паланкин старый плюгавый раб с бегающими глазами пройдохи. — А если сегодня пожалует благородный ол Кантис?
— С чего бы? — толстяк дал знак и носилки задержались. — Уже поздно. А, впрочем, если всё же объявится, то так ему и скажи, я эту ночь проведу у олы Майи, пусть завидует. — он самодовольно хохотнул. — Завтра во второй половине дня пусть приходит или сына своего пришлёт. Раньше я домой не вернусь.
У Андрея быстро сложился пазл. Раз едет с ночёвкой к оле, значит, к любовнице, раз в окнах второго, господского, этажа свет отсутствует, значит, ни жены, ни детей в особняке нет, а раз так, то почему бы олу Рею не переночевать в одной из гостевых спален, которых в доме любого уважающего себя богатого мага как минимум две-три? Отличная мысль. Выспаться в тишине и уюте, а позавтракать можно будет и в предпоследнем пройденном трактире, там вроде запахи нормальные с кухни доносились.
Никаких препятствий, физических или моральных, попаданец для такого выхода из сложившейся ситуации со своей ночёвкой не увидел.
Привратник ещё закрывал после убытия хозяина ворота, а Немченко уже шёл следом за плюгавым стариком в дом.
Особняк был так себе, из достоинств разве что престижное расположение почти в самом центре столицы. У Анда в Нагабине дом и то лучше был. Впрочем, чтобы переночевать всего один раз, жильё толстого ола Немченко вполне подходило.
Хотя в доме имелся довольно многочисленный поддерживающей порядок в доме штат прислуги — с первого этажа он различил десяток голосов — всё равно как-то ощущалось, что здесь обитает холостяк. Женщины-хозяйки всегда преображают жильё множеством ненужных на взгляд Андрея вещей.
— Можно ещё немного вина, Градий? Ну, пожалуйста! Ещё совсем по чуть-чуть. — доносился до благородного Анда небольшой хор девичьих просьб.
Во первой же гостевой спальне он решил, что поспать тут ему подойдёт — главное, широкая кровать была застелена свежим бельём, осмотрел при свете артефакта, а остальная обстановка ему ни к чему.
— Понятно. — вслух произнёс Андрей, снял с себя сумку, плащ, куртку, сложил вещи на стол и кресло перед ним и сел на постель. — Кот из дома — мыши в пляс.
