Самый большой ущерб для миллетцев — это потеря сотен тонн муки — пшеничной, ржаной. До сбора урожая озимых ещё месяц, и цены на продовольствие сейчас ощутимые, да и не так просто в это время года найти не законтрактованные крупные партии продуктов.
Так что, Немченко вполне был доволен результатами своего рейда. Понятно, что нерешаемых проблем почти нет, и какой-то выход противник всё равно найдёт, но его, что называется, экономику войны далиорские диверсанты сильно усложнили, не говоря уж о том, что теперь миллетцам и выступившим с ними заодно клертонцам придётся выделять значительные силы для защиты своих тылов.
— Мы ведь не будем это всё выбрасывать? — спросил Нормас, в связи со своим возрастом игравший роль атамана, ему было под сорок, и он больше походил на разбойничьего главаря, чем молодой Анд. — Жалко оставлять или топить в болоте. Продукты-то хорошие. Подванивавшую солонину и прочую гниль мы не грузили, выбирали, что получше.
— Конечно не выкинем. — усмехнулся землянин. — С паршивой овцы хоть шерсти клок. — он поглядел на сильно нагруженных лошадей, которых отряд вёл с собой и кивнул своим мыслям. — Пополним запасы нашей учебки. Латур! — позвал десятника, шедшего впереди. — Вон в том направлении, — показал рукой. — в сотне шагов двое людей. Убивать их не нужно, а вот пообщаться, думаю, стоит.
По знаку Латура трое агентов скользнули в лес и спустя десять минут догнали отряд, гоня с собой двоих молодых крестьян, на плечах одного из которых лежал убитый крупный, килограмм на пятнадцать, дикий поросёнок.
— Браконьерствуем? — с насмешкой спросил обоих Нормас, отдав команду остановиться. — По виселице соскучились? А если егеря поймают?
— Дома жрать нечего. — угрюмо пояснил тот из парней, что был без груза. — Отпустил бы ты нас, а? Мы никому не расскажем, что вас видели и куда вы пошли. Сам же понимаешь, нам языком болтать опасно, наша старуха ола совсем безжалостная.
Благородному Анду хотелось обратного, впрочем, он полагал, что жёнам крестьяне о банде расскажут, а слухи, они такие слухи, живут своей жизнью. Удачно, что браконьеров встретили, теперь доказательств того, что склады сожгли разбойники, станет больше.
— Ладно, — смилостивился лже-атаман. — Мы не ваша старуха, мы добрые. Валите к себе, но не вздумайте про нас что-то разболтать. Найдём и кишки выпустим.
Крестьяне, что-то пробормотав, поспешили скрыться в лесу. Сильно изнуренными голодом оба не выглядели, видимо, преступный промысел позволял держаться в теле. На месте их олы Андрей вычислил бы браконьеров, что называется, на раз-два. Это в Рее, где крепостные все более-менее упитаны, во всяком случае, при объезде своих владений шатающихся от голода Немченко не увидел, по внешнему виду определить тех, кто охотится на господскую добычу, не получилось бы.
Своей временной стоянки они достигли с наступлением рассвета. Останавливаться не стали, углубившись в болота. Вскоре звериная тропа, по которой отряд шёл, упёрлась в пружинящий под ногами ковёр.
— Всё дальше не идём. — остановил благородный Анд своих людей. — Следов не найдут, к тому же дождь удачно начинается.
Как он и предполагал, никто в погоню за налётчиками не пустился. От охраны осталось живыми не более трёх-четырёх человек, умышленно якобы не замеченных разбойниками, а поселковые стражники поди до сих пор сидят за стенами и трясутся от страха, что банда решит и их посёлок разграбить.
— Мы готовы. — доложил десятник, когда отряд собрался вокруг своего ола.
— Про лошадей не забыли? — уточнил землянин, за спинами он не видел, ко всем ли трофейным коням кто-нибудь из отряда прикасается.
Получив утвердительный ответ, погрузил всех в сумрачный слой и перенёс к усадьбе учебного центра.
Здесь оставшиеся уже вовсю занимались тренировкой. Привычки и требовательность Порспера Андрей хорошо помнил, поэтому его и пригласил.
Карт ол Стирс опять наблюдал за агентами у коновязи всё в той же позе.
— Ты отсюда не уходишь что ли? — поинтересовался Немченко, выйдя из сумрака прямо возле приятеля. — Привет, давно не виделись. Как тут у нас дела?
— Привет, Анд. — магистр даже не вздрогнул от неожиданности, привык. — У нас-то всё согласно утверждённому тобой расписанию занятий. А ты, смотрю, как всегда, с добычей? — оценил он тяжело нагруженных трофейных лошадей. — Расскажешь?
— Ага. В Далие. Нам пора возвращаться домой.
Пересчитывать добычу не стали, там и смотреть-то, на взгляд землянина, было не на что — ни золота, ни бриллиантов, а собранные из кошелей солдат серебро и медь остались у агентов. И этого бы не взяли, да только где же найти таких разбойников, чтобы те прошли мимо, не обшарив карманы убитых?
С магистром просидели в его кабинете допоздна, составляя список необходимого для деятельности управления. Кое-что требовалось отправить резидентам в Ниитор и Яролию ближайшими караванами.
— Может всё же ты зря связался с созданием армейской разведки? — спросил Карт шефа, когда тот уже собирался уходить. — Нет, идея-то бесспорно хороша…
