Крики Дор'Ар разрывали воздух, наполняя его ужасающими звуками, словно сам ад открыл свои двери. Его голос был низким и гулким, как раскаты грома, и казалось, что в нём слышны стоны тех, кто пал в битвах за его руку. Но среди этого хаоса, Лаэрис, потомок светлой линии, почувствовала, что должна попробовать остановить князя. Она шагнула вперёд, её сердце билось в унисон со страхом, но её решимость была сильнее.
— Дор'Ар! — закричала она, пытаясь перекрыть звуки его мощного голоса. — Ты не должен сражаться на стороне Тьмы! В твоей крови течёт Свет — вернись к нам!
Князь остановился, его глаза вспыхнули яростью.
— Ты, дерзкая девчонка, ничего не понимаешь! — произнёс он с презрением. — Свет лишь делает слабым. Я обрёл силу, о которой ты не сможешь и мечтать!
Лаэрис, не желая сдаваться, продолжала:
— Ты был создан, чтобы защищать, а не уничтожать! Вспомни, кто ты есть на самом деле! — Она чувствовала, как её слова пытаются пробиться сквозь тёмную оболочку, окутывающую князя, но его тёмная сила лишь усилилась.
— Свет?! — рассмеялся Дор'Ар, его смех звучал как хруст ломающейся древесины. — Ты думаешь, что можешь изменить меня своими пустыми словами? Я уже давно выбрал свою сторону! — Его тёмная аура усилилась, и вокруг него закружились тени, готовые к нападению.
Лаэрис ощутила, как тьма пытается поглотить её, но она не могла отступить.
— Я не могу позволить тебе это сделать! Я верю, что ты всё ещё можешь выбрать другой путь! — закричала она, её голос звучал как призыв к надежде.
Но князь лишь усмехнулся, его лицо искажалось злобной улыбкой.
— Надежда — это иллюзия. Я тот, кто я есть, и ты не сможешь меня остановить!
В этот момент жуткие монстры, созданные князем начали издавать пронзительные звуки, которые проникали в сознание эльфов, вызывая видения их худших страхов и потерь. Каждый крик был как нож, пронизывающий их души. Дор'Ар, обладая невероятной силой, начал собирать вокруг себя своих воинов ужаса. Существа, порождённые тьмой, отвечали на его призыв, как будто чувствовали его мощь. Они выстраивались в ряды, готовые служить своему хозяину, и их глаза светились жаждой разрушения. С каждым мгновением его войско становилось всё более многочисленным, и Тьма, казалось, сгущалась вокруг него, как мрачный вихрь. В тот самый момент, когда князь Дор'Ар поднял своих созданий, огромная волна Тьмы хлынула на Эльмиадор. Существа, созданные из ночных кошмаров, ринулись в атаку, и всё казалось обречённым. Их зловещие крики раздавались, как эхо из самых глубин ада, заполняя сердца эльфов ужасом. Каждое тёмное создание, сшитое из мрака, вызывало дрожь и страх, и на поле боя воцарилась паника. Тьма обрушилась на мир, и с ней пришло нечто ужасное, пугающее и бесконечно зловещее. Это был не просто натиск врага; это было столкновение с самыми глубокими страхами, порождёнными ночными кошмарами. Жуткие твари князя, созданные из самой Тьмы, начали атаку на Эльмиадор, их появление предвещало катастрофу. Монстры, выходившие из глубин мрака, были уродливыми и страшными, их образы напоминали кошмары, о которых никто не хотел бы вспоминать. Они имели вытянутые тела, покрытые чешуёй, а их глаза светились красным огнём, словно жаждущие разрушения. Каждое из них было наделено ужасной силой, и их движения были быстрыми и неуловимыми, как тени, скользящие по земле. Эти создания, словно воплощение самого зла, рвались вперёд, безжалостно уничтожая всё на своём пути. Когда монстры атаковали, эльфийские рубежи, когда-то защищённые и мирные, стали ареной разрушения и хаоса. Деревья, которые веками стояли в этих лесах, падали, как соломенные куклы, разрываемые на куски. Крики страха и боли разрывали воздух, и даже самые смелые сердца начинали трепетать от ужаса.
Лаэрис чувствовала, как её собственное сердце наполняется тревогой. «Где же Кайрон и старейшины?» — мысленно звала она, надеясь на их древнюю магию, которая могла бы остановить эту Тьму. Она знала, что без их помощи шансы на победу были ничтожны.
— Андрей, где ты? — шептала девушка, её мысли были полны беспокойства. Она чувствовала, как её силы истощаются, и без поддержки ей было трудно противостоять этому ужасу.