По своей природе магия называемая осадной была довольно сильной, но далеко не самой сильной, что уже давно осознал Григорий. Хотя здесь также стоит дать поправку, что осадной она являлась исключительно формально. По факту она просто относилась к высокоранговой магии, способной нанести внушительный урон по конкретной цели. Например, разрушить стену, убить великана или даже дракона. Также Гриша имел представление, о куда более могущественной магии, хотя пользоваться ей пока ещё не мог. Собственно поэтому он и интересовался тем, что и как ворожит Сатурналия.
К слову, как раз в этот миг чародейка приступила к активации чар. Первый магический круг засветился характерным серым цветом, а открытые участки тела Сатурналии, стоявшей в его центре, покрыло множество самых разнообразных символов, сплетающихся в причудливый орнамент формул. Девушка, будто вздымая некую тяжесть, подняла свои изящные руки. Вслед за этим над ней материализовался большой серый шар. Несколько, еле заметных секунд и Сатурналия, направив руки в сторону ворот, активировала чары, в ответ на что шар устремился в цель.
Грохот, треск, скрежет сопровождали столкновение заклинания с тяжёлыми створками ворот, которые буквально вынесло, вмяло и сломало внутрь. Надвратный свод и стены усеяло множество трещин, часть из которых было видно, даже не смотря на расстояние.
—
Вторая активация заклинания была аналогична по красочности первой, с единственной отличием в том, что применяемые чары были значительно мощнее. Врезавшись в стену, заклинание буквально разнесло её в щепки. Даже некого подобия бугра, от обвалившейся стены не осталось, будто её растворили или стёрли.
—
В ответ бард как-то неоднозначно дёрнул плечами, чуть скривив своё лицо. Но за Гришей последовал. Тем более, впереди уже вышагивали отряд Стальные топоры, вслед за которым тянулся отряд Дети пламени. Пристроившись к ним в хвост, Григорий неожиданно для себя подумал, —
Прошли считанные минуты до того как в Гришу и его спутников полетели первые стрелы. По большей части они были бессмысленны и не наносили вреда. Максимум, что приходилось делать, так это прикрывать рукой глаза, дабы незадачливая стрела, не угодила в них. Отчего восприятие обороняющих стену орков как массовки, резко повышалось.
—
Будто в подтверждение одной из мысленно озвученных гипотез, спереди послышался громкий крик Крайтора, — вперёд господа! Наш противник слаб и немощен! Так давайте с ним разберёмся поскорей!
В ответ на сказанное, Гриша, улыбнувшись, тихо протянул себе под нос, — м-да-а, а сколько пафоса-то. Сразу видно, папкин прихлебай, ни в одном серьёзном сражении не участвовал.
Несмотря на сказанное, поделать Гриша особо ничего не мог, да и нельзя сказать, что как-то хотел. Он был уверен в своих ребятах, а главное в себе, а на другие отряды ему было всё равно. Поэтому лично он откомандовал следующее, — всем держаться рядом со мной! Идём единым строем! В одиночку ничего не предпринимать!
Здесь правда стоит отметить, что Гришины слова предназначались исключительно для братьев Шальц и Пчайла. Потому что в их адекватность он не верил, а так хотя бы был спокоен, что в случае чего его совесть будет кристально чиста. Ведь он дал конкретный и чёткий приказ. Здесь правда стоит ещё добавить, что в случае нарушения, он бы воспользовался этим, дабы официально отказаться от этих ребят, которые ему явно мешали самим фактом своего присутствия.
Тем временем штурм шёл. Отряды Аллара и Сатурналии планомерно зачищали врата, не особо торопясь внутрь крепости. В тоже время распалённые Крайтор и Флинт, вошли вместе со своими группами прямо в пролом, и теперь сражались на территории города. Наблюдая за этим с противоположной стороны стены, Гриша не мог не умилиться, той самоуверенности, которую проявляли его соратники.
