Миг и оказавшая в исключительно духовной среде бомба без всяких препятствий утаскивается прямо на духовный план, когда реальный мир вытесняет враждебную ему энергию, чтобы спустя мгновение открывшийся рядом с удивлённой Сиарис прорыв небрежно выбросил эту самую же бомбу, но уже возле латунной.
Казалось, заклинание готово было взорваться в следующую секунду и шансов уйти нет, но Сиарис не за красивые глазки стала создательницей крупнейшей незаконной организации в мире.
Воля драконицы железными тисками схватила разрушающиеся барьеры и начала их стабилизировать. Уже почти взорвавшаяся бомба начала стабилизироваться, затихая.
Опасность!
Появившиеся рядом с ней песчаные блоки лишь в последнюю секунду успели заблокировать огненный хлыст, что почти обернулся вокруг её шеи.
Песчаные барьеры сразу же сформировали несколько атакующих щупалец, но нападавший с невероятной ловкостью ускользнул от каждой песчаной атаки!
Яростно нахлёстывая лошадей, огненный возничий демонстрировал чудеса ловкости, ускользая от каждого движения щупалец, иногда в буквальном смысле ввинчиваясь в небольшие разрывы в песке.
К ужасу Сиарис, та неожиданная атака сбила и так дрожащую от усилий концентрацию, от чего барьерная бомба с тихим звоном завершила своё формирование прямо рядом с не успевшей ничего сделать латунной драконицей. В последний момент она успела прикрыться тонкой плёнкой из спрессованного песка, но это была лишь капля перед целым морем.
Ослепительный взрыв!
Мощь детонации была такова, что верхушку храма, в котором лежал Аргалор, тут же сдуло.
Вывалившаяся из завихрений воздуха дымящаяся Сиарис рухнула чуть в стороне от храма и мучительно медленно встала на лапы. Взрыв её собственного же заклинания не прошел для неё бесследно. Крылья всё ещё были на месте, но они оказались изрядно поломаны, а во множестве мест из-под чешуи капала кровь.
Вспышка огня, и ближайшая к Сиарис стена храма просто перестала существовать под выдохом драконьего пламени. Оттуда, прихрамывая, неторопливо вышел помятый красный дракон.
Оба ящера сильно пострадали, но их решимость продолжить бой окрепла лишь сильнее.
Любая легкомысленность окончательно исчезла, и Аргалор полностью потерял желание играться. Кажется, за десятилетия геройств и сражений с монстрами его сестра неплохо научилась драться.
За спиной Сиарис часть обломков из разрушенного храма начала превращаться в песок, а затем подниматься в воздух, формируя раскручивающееся песчаное торнадо.
Аргалор же позволил Заре упасть на камень, чтобы немедленно начать цвести, выпуская во все стороны потоки покрытых шипами лиан.
Два дракона замерли друг перед другом, инстинктивно копируя позу противника.
Двинулись они так же одновременно, но вместо того, чтобы, как ожидалось, броситься в атаку, оба ящера сконцентрировали свою магию на самих себе.
В конце концов, Аргалор и Сиарис были достаточно умны, чтобы заранее озаботиться столь полезной в возможных боях способностью, как исцеление.
— Благословение богини Жизни Живы! Самоисцеление! — видимо, это благо оказалось куда более требовательным, чем предыдущие, от чего Сиарис была вынуждена подключить и вербальную составляющую активации.
Действие благословения запустилось немедленно, стягивая самые серьезные раны и останавливая кровь, но Лев прекрасно видел, что до полного исцеления было далеко.
Кроме того, от него не укрылся тот немаловажный факт, что, кроме самой божественной энергии, от Сиарис шел очень плотный поток её собственной магии, конвертирующийся в божественную часть.
И это было логично. Каким бы ещё образом постоянные благословения брали энергию, если Сиарис рассорилась с большей частью «спонсирующих» её богов?
Невольно Думов нашел ироничным тот факт, что какой-нибудь обычный смертный, использовав подобное благословение, вынужден был бы месяцами, если не годами жить на «голодном магическом пайке», пока благословение будет постепенно восстанавливаться. Для Сиарис же подобный отток был не более чем досадной мелочью, не стоящей даже её внимания.
Тем временем сам Аргалор тоже не собирался стоять просто так.
«Эй, дармоедка, а ну работай!» — прикрикнул на великого духа жизни Лев, на что получил целую порцию ворчаний.
«Когда же тебе хоть немного всыплют тумаков, неблагодарный ты, сопляк», — тихо ругалась Эви, но тем не менее штопала широкую дыру в груди дракона: «Эх, а я так надеялась на этого Хорддинга, но надо же было вмешаться этому проклятому старому архимагу! Да и тот серебряный дракон тоже хорош. Надо было не выделываться, а сразу со всей силы бить по твоей шкуре, как по барабану!»
«Поговори ещё мне тут!» — прикрикнул на неё Аргалор, но с довольной усмешкой. Отверстие в груди зарастало той же плотью, из которой ранее он создавал драконов.
