— Ваш сын! — отважно пискнул Корвац и тут же застыл, когда земля затряслась от поднимающейся драконицы.
— Как интересно! — Сариана наклонила огромную голову прямо к дрожащему кобольду. — И что же мой непоседливый сын хотел мне передать, раз послал вас аж сюда?
Когда Сариана избавилась от своих детей и наконец-то обрела свободу, то перед ней встал тяжелый выбор. Конечно, она могла просто лечь в спячку, как делала это прежде, но дальнейшие события заставили её передумать.
Краем глаза наблюдая за успехами и неудачами своих детей, красная драконица была шокирована той жаждой силы и власти, что они продемонстрировали.
Год за годом каждый из её детей становился всё могущественнее и влиятельнее, из-за чего старые мысли драконицы выглядели всё более реальными.
В тот день, когда её старший сын, Аргалор, прошел испытания Олдвинга, Сариана была шокирована его идеальным результатом. Будучи одной из дальних родственников самого Олдвинга, их род сохранил обрывки легенд и знания об этих монолитах.
Этого было недостаточно для чего-то конкретного, но одно можно было сказать точно. Каждого из тех драконов, что набирал высший балл, никогда нельзя было назвать бездарностью.
Все они рано или поздно, но оставляли в истории драконьего рода свой значительный след.
Успехи её детей лишь подтвердили в глазах Сарианы эту правду. И красная драконица вынуждена была признать, что если она хочет в полной мере воспользоваться открывающимися в будущем перспективами, то ей стоит стать значительно сильней.
Поэтому она прибыла на Реусс и вот уже который год сталкивалась с самыми опасными и чудовищными монстрами этого дикого континента. Многие из обитающих здесь тварей были настолько кошмарными, что не раз ей, старому дракону, приходилось отступать, чтобы зализать раны и выработать новую стратегию.
Кроме того, зная характер своего старшего сына, Сариана была уверена, что он не простил ей экспроприацию сокровищ Овернаса в счёт того выпитого её детьми алкоголя.
И когда её мстительный сын решит, что он готов встретиться со своей матерью, она будет рада предоставить ему сюрприз.
От автора: как и обещал, глава пораньше)
Когда идёт речь о величайших гуманоидных расах Тароса, то может возникнуть масса споров. Опытные историки знают, что следует разграничивать события до и после разрушения Литуина.
Так, до разрушения самого южного континента именно эльфы по праву держали пальму первенства самой могущественной расы. Хоть их число и было сравнительно невелико, но благодаря аномальному количеству верховных магов и архимагов не было ни единой крупной страны, в которой они бы не занимали важное положение.
К несчастью, очередная Великая магическая война поставила жирный крест на притязаниях эльфийской расы. Война была столь ожесточённой, долгой и бескомпромиссной, что даже многие драконы предпочли не ввязываться в это безумие и пойти спать как можно дальше от сбрендивших смертных.
Эльфийские архимаги стали главной ударной силой стран той далёкой эпохи, их же и старались убивать любой ценой, дабы покончить с творившимся безумием.
Итогом тех лет стало почти полное уничтожение эльфов, оставив всего несколько мелких поселений. Все крупные эльфийские города были разрушены, и на их месте до сих пор остаются одни из самых опасных и непредсказуемых скоплений магических аномалий.
Больше всего поселений эльфов уцелело на Форлонде, где так и продолжала править Центральная священная империя. Но если изначально именно эльфы имели ведущую роль, то теперь долгоживущая раса была вынуждена, скрипя зубами, склонить остроухие головы перед своими бывшими слугами.
С уходом эльфов на арену должна была выйти новая доминирующая гуманоидная раса, и так получилось, что это были люди. Обладая невероятной плодовитостью, остатками наработок эльфийских магов и невероятной жаждой править, людям потребовалось всего лишь полтысячелетия, чтобы вновь заселить разрушенный Великой войной мир.
Во всяком случае, именно так написано в человеческих учебниках истории. Но люди почему-то не особо любят вспоминать тот факт, что второй по численности расой в Таросе являлись… орки!
Да-да, грубые и дикие зеленокожие жили на абсолютно каждом континенте Тароса, в том числе и на обломках Литуина. Обладая впечатляющим упорством, адаптируемостью и не уступающей людям плодовитостью, орки на своих драккарах заселили весь мир, после чего с радостью вступили с людьми в бесконечные войны.
Впрочем, нельзя сказать, что орки были абсолютно неуправляемы. Где-то, как на том же Литуине, среди правящих там янбанов, имелись орки или полуорки, командующие смешанным населением.
На Реуссе же немало орочьих вождей заключили прочные союзы с местными сёгунами, ведь прущие из джунглей волны магических тварей представляли слишком значительную проблему, чтобы сталкиваться с ней в одиночку.
Однако если старые времена принадлежали эльфам, первые столетия «после» людям и оркам, то вот новое время, очевидно для каждого гнома, принадлежало именно подгорному народу.
