— Я не сомневаюсь, что в любом противостоянии и споре, старший, именно вы выйдете победителем, — дипломатично уклонился от вызова Орхан, чем вызвал раздражение у дракона. — Возможно, моя позиция наивна, плохо проходит проверку реальностью и пронизана множеством логических дыр, но именно она даёт столь необходимую надежду в этом темном и мрачном мире. Неужели вы бы хотели, чтобы ваши дети или дети ваших родных оказались в мире, где ненависть и сила единственные ориентиры?
— Таков путь драконов, — фыркнул Аргалор. — Лишь закалившись в пламени мы расправляем крылья и становимся ещё сильнее.
— Но какой ценой? — продолжил спор мужчина. — На каждого, кто добьётся успеха, обязательно будут те, кто провалится. В мире же без надежды провал влечет лишь один исход — смерть. Готовы ли вы смотреть, как ваши дети убивают и погибают в бесконечной гонке во тьме?
— Я прошёл этот путь, а значит, если мои дети достойны меня, то и они смогут. — коротко ответил Лев, но внимательно следящий за ним Орхан с почти незаметным удовлетворением смежил веки.
— Старший, простите мою наглость и поверьте, мои следующие слова не несут цели вас как-либо оскорбить, но… вы ведь сами до конца не верите в эти слова?
— Ты слишком слаб и молод, чтобы иметь право вести со мной такие разговоры, — отрезал Аргалор, прерывая любую возможность продолжить этот беспокоящий разговор. — Если не хочешь умереть, лучше сосредоточься на планировании того, как нам покинуть этот мир!
Был ли Аргалор согласен с политикой цветных драконов о вирмлингах? Не совсем. Да, он тоже считал, что без должных препятствий молодые дракончики не смогут раскрыть свой потенциал на полную. Без подходящих трудностей они не почувствуют ту жажду силы, которая толкала Аргалора на новые и новые свершения.
Вот только Думов также считал, что должна была иметься грань между вызовом и бессмысленным смертельным риском. К чему выбрасывать вирмлингов на мороз, наблюдая, как в лучшем случае пара тройка из десятка достигает взрослого возраста?
Да, если сохранять всех молодых драконов, то примерно через сто лет их число станет настолько велико, что мир попросту рухнет. Но кто сказал, что этих вирмлингов обязательно оставлять в том же самом мире?
Аргалор считал, что раз драконья империя давным-давно рухнула, то какой смысл продолжать придерживаться устаревших правил? Когда драконы правили вселенной, в этом ещё был какой-то смысл, но сейчас повелители неба были лишь одной из доминирующих рас.
Наоборот, пусть число драконов растёт, а родители отправляют своих детей на заселение новых или слабо заселённых миров. Даже если те будут смертельно опасны, в их гибели будет куда больше смысла, чем в безразличном нынешнем отсеве.
Собирался ли он говорить это Орхану? Ни в этой жизни. Подобные мысли были достойны не всякого дракона, что уж говорить о слишком много о себе возомнившем человечке.
Впрочем, правильно расценивший молчание Аргалора, Орхан и сам всё прекрасно понял и не стал настаивать.
— С чем мы рискуем здесь столкнуться? — задал Хао самый важный вопрос. — Что вы знаете о производственных адских мирах?
— Не так уж и много, как хотелось бы, — задумчиво протянул Лев, перебирая всю имеющуюся память. В их обстоятельствах Аргалор готов был выслушать даже мнение человека. — Подобные миры обычно используют один из двух самых распространённых методов защиты от вторжения иномирцев. В первом случае мир обладает невероятно сильным мировым барьером, отталкивающим всех. Сами же дьяволы пользуются различными ухищрениями и лазейками, о которых знают лишь они, чтобы оставаться в нём самим. Второй же способ проще — дьяволы наводняют свои миры таким количеством оборонительных укреплений, сильных воинов и магов, что даже если кто-то и вторгнется, то очень быстро об этом пожалеет.
— Я предположу, что мы в первом мире, раз на нас до сих пор так никто и не напал? — предположил Орхан после пары секунд размышлений. — Но тогда почему этот мир всё ещё никак на нас не отреагировал?
— Верно мыслишь насчёт типа мира, — согласился Аргалор. — Касательно же ответа, мы его не чувствуем лишь потому, что ещё слабо взаимодействовали с обитателями этого самого мира и им самим. Сколько прошло времени, как мы здесь вообще появились? А вот стоит нам кого-нибудь убить или что-то взорвать, вот тогда настанет настоящее веселье.
— Тогда что нам делать? — нахмурился Орхан.
— Хм, есть у меня пара идей, — ухмыльнулся Аргалор одной из своих лучших гнусных ухмылок. — Дьяволы сильны, даже с наложенными ограничениями этого мира. Вот только чем псы ада никогда не славились, так это единством. Кроме того, кто сказал, что мир, а значит и его духи, довольны сложившимся порядком?
Хибарил Истязающий, высший дьявол и командующий десятками ресурсных городов Производственного мира шестьдесят четыре, изволил пребывать в очень хорошем расположении духа.
