Она сильнее, выносливее и быстрее любого из этих уродцев, но, боги, как их много… Карабкаясь по грудам тел своих павших соплеменников они все лезут и лезут… Это ж какая ненависть движет ими? И как бы мастерски она не обрывала их жизни, порой и им удавалось дотянутся до нее своим оружием.
Три или четыре удара топорами прибили кирасу вместе с поддоспешником. Раны не глубокие, но… Одному удалось вскользь попасть мечом в незащищенную доспехом подмышку правой руки. Выпитые зелья позволяли ей твердо стоять на ногах, но… Это был длинный день.
Задница даэдра… Еще и маги? Хилые и бесдоспешные, но били с расстояния, из-за спин своих бронированных соплеменников. Ее латы попеременно покрывались то копотью, то инеем, тело время от времени скручивало спазмами от разрядов молний. Как же больно…
Одежда местами тлела. Кое-где, через щели в доспехах огонь добрался и до тела. Под латами было мокро от крови, она стекала по телу и капала на землю под ее ногами. Ничего… Ничего!
Рывок, толчок щитом сбивает с ног одного, размашистый удар пылающим мечом сносит с плеч голову тщедушного мага. Теперь проткнуть упавшего. Так, следующий. Следующий? Нет? Что, это всё? И хорошо… Наконец. А то это был длинный день, столько всего произошло… Темнеет в глазах, а в ногах и всем теле появилась какая-то предательская слабость… Голова кружится… Она сейчас на минутку присядет. Просто на минутку присядет на землю, чтобы прийти в себя и перевести дух… Просто на минутку…
Черный предел.
Гигантская пещера освещена бледным, неестественным светом грибов-деревьев, чьи шляпки подобны сияющим морским медузам с бахромой ядовитых щупалец. Внизу, под ними разбросаны тела. Много тел. Такое впечатление, что подъехали два грузовика и высыпали из своих кузовов две груды бледных, остроухих тел с оскаленными в предсмертной гримасе ртами, полными игольчато-острыми зубами.
На небольшом пятачке между двумя этими грудами стоит человек. Стоит склонившись, пытаясь отдышатся. После горячки боя наступил откат и его всего трясет. Кожаный доспех изрезан, измазан кровью, кровью врагов, да и своей хватает.
— Как же их было много, но мы победили, Лидия! — он обернулся, — Лидия? Ли… Лидия?! — он бросился к лежащей на земле фигуре в золотистых доспехах и принялся ее тормошить, — Сейчас… Сейчас я тебя подлатаю… — он стянул с нее шлем и уставился на бледное, обескровленное лицо с распахнутыми, уже ничего не видящими глазами. — Лидия… что же ты… Как же так… Как же я теперь? Зачем тогда всё это?!
Дикий вопль раздался в полумраке пещеры и эхом заметался между скалами. Следом послышались горькие рыдания перемещающиеся всхлипами и адресованными не пойми кому проклятиями.
Всё когда-то заканчивается. Закончились силы, закончились слезы. Он неподвижно сидел на земле, пустым взглядом уставившись в темноту. Где-то вдали, на грани слышимости можно было уловить какие-то крики и вопли.
— Я не оставлю тебя им, — произнес он в гневе, вставая с земли, — Я не оставлю тебя этим людоедам… — он попробовал поднять тело Лидии но не смог. Расстегнув ремешки и крепления он освободил тело от массивных доспехов и смог поднять, но сделав пару шагов, рухнул вместе с ним на землю. В боку открылась длинный разрез и тонкой струйкой потекла кровь. Боль немного прояснила его голову и на ум ему, похоже, пришла какая-то мысль. Взяв тело под мышки он потащил его в сторону опустевшего фалмерского лагеря.
Оставив тело Лидии посреди поляны он принялся громить постройки, выдергивая из них деревянные жерди и палки и складывая их в груду. Туда же пошли и сухая ткань, какие-то ветки и палки, все, что могло гореть. Руки работали автоматически, собирая, ломая пополам об колено особо длинные жерди и складывая все это в аккуратную поленницу, чья высота в итоге превысила метр и вышла почти по грудь.
За время, что он потратил на сооружение костра, крики в окружающем его лесу стали звучать все ближе, и ближе, и как казалось, раздавались с двух-трех сторон.
Восстановив за прошедшее с боя время магические силы он смог поднять телекинезом тело на костел и струёй пламени запалить сухие жерди. Огонь быстро охватил поленницу и с гулом устремился вверх, охватывая тело.
Он, немного покачиваясь стоял и смотрел неподвижным взглядом на то, как огонь охватывает и сжигает одежду, как темнеет, начинает дымить…
А ведь это он, он привел ее сюда! Она по сути посвятила ему свою жизнь, доверилась ему, а он… Еще несколько дней назад он покрывал поцелуями это лицо, а теперь вынужден смотреть как все это сгорает в огне! Что он скажет ее родителям, друзьям, что остались в Вайтране?! Кто у него вообще остался в этом мире? Ради кого, ради чего? Зачем?!
Поддавшись импульсу он бросился в огонь, пытаясь в последний раз обнять, прижать к себе и уйти вместе… Его одежда одежда и волосы вспыхнули, пламя охватило лицо, шею, руки.
