Мы же продолжили беседы о магии. Лина с удовольствием делилась своими знаниями.
А учитывая, что у нее был совершенно свободный доступ к отцовской библиотеке… а там хранились не учебники для отребья в Мерсонересе, а серьезные и глубокие изыскания десятков поколения выдающихся магов… вот я не пожалела, что попала в столицу.
Это интересно в целом, не только потому что магия — это мой единственный путь к свободе и, возможно, даже к дому. Просто… мне это нравится, кажется любопытным, интересным. Завораживает и вызывает восторг. Я до сих пор вспоминала, переживала первый свой пульсар, пусть это все и случилось в крайне неприятной обстановке.
Сила. Я ее чувствую. Она наполняет меня. Медленно, с трудом, кое-как. Будто в огромный колодец течет тонкая, с грифель карандаша, струйка. Но живительной, священной, жизненно необходимой влаги. И это прекрасно.
Возвращались во дворец мы в приподнятом настроении. Всегда и во всем можно найти положительные стороны. Нас ждал совместный с дамами обед. И на многих из них, узнав из рассказов некоторые подробности биографий, я стала смотреть несколько иначе. В том числе и на Арику. Оказывается, она была весьма подававшей надежды девушкой, но из достаточно простой семьи. Аристократы, но не слишком родовитые.
И именно ради ее дара: в надежде, что она передаст его детям, Рику взял замуж известный и перспективный мужчина. А та не может родить уже много лет. Над ней трудятся многие целители, но результаты пока скромные. Лина сообщила мне это едва ли не шепотом, что надежда еще есть, но ее немного. И если будет очевидно, что детей точно не будет, то… ничего хорошего, словом.
На обеде мне было откровенно скучно. Все обсуждали предстоящий этим вечером прием по поводу ежегодного визита хранителя Мерсонереса. Кая, то есть. Оказывается, братьев здесь очень любят. И есть те, кто искренне вздыхает, что у хранителя не может быть супруги. И тут же, оптимистично дополняют, что, мол, зато у Ирвина — вполне может.
К счастью сразу же после трапезы я побежала в библиотеку и попросила что-то по этикету, описывающее правила поведения на подобных приемах. To есть, посвященных членам королевской семьи. Все оказалось не таким уж и страшным. Я должна буду находиться с дамами практически все время. Только в момент представления придется быть с Кайлом.
Мы вместе зайдем в зал, нас представят, меня так и назовут, наложницей. В случае хранителя Мерсонереса это не унизительно. Примерно как невеста. А после короткой официальной части, мы еще немного прогуляемся по залу вместе и я удалюсь с остальными дамами. Думаю, это реально пережить.
— Ольга, — обратился ко мне Кайл, — я смотрю ты готовишься к сегодняшнему вечеру?
Он зашел ко мне в комнату бесшумно. И когда начал говорить, я вздрогнула от неожиданности и едва не выронила книгу. Но быстро собралась и кивнула, стараясь сохранять приветливое выражение на лице.
— Сильно не переживай, — улыбнулся маг и сел на край моей кровати. Будто это должно меня успокоить, ну конечно же… — все пройдет отлично. Главное молчать и скромно улыбаться, глядя в пол. Говорить если спросят, коротко, спокойно. Без лишнего.
— Например? Что может быть лишним?
— Все что угодно, — покачал головой он, — не показывай свой характер и все.
— Хорошо.
— Как прошел день? — маг подбирался ко мне все ближе и ближе. Он уже касался моей ноги своим бедром.
— Прекрасно, — искренне улыбнулась я, — мы чудесно погуляли в парке, мне интересно с дамами при дворе. Меня даже пригласили в компанию, на книжные собрания.
— Ты читаешь книги? — поднял бровь Кай, — ну, кроме учебников.
— Вот, планирую начать, — не растерялась я.
— Похвально, я рад, что ты осваиваешься.
Он погладил меня по волосам, внимательно вглядываясь в лицо. Менталист. Ищет признаки лжи или чего-то странного. Я читала про такой дар. Мысли читать он не может, но ощутить смятение, страх, распознать ложь, — запросто.
Поцеловал меня. Неторопливо, смакуя каждый момент. Невольно я ответила, запустила пальцы в его волосы, второй рукой обняла за шею. Привыкла уже к нему: сама не заметила как. Уже не страшно, не противно. Наоборот, он, конечно, во всех этих постельно-любовно- поцелуйных делах, конечно, мастер.
Сама не заметила, как оказалась на спине, как обнимаю его ногами, прижимаюсь. И даже красноречиво ерзаю, стараясь потереться о него так, чтобы доставить себе побольше удовольствия. Он так делает постоянно, то ли показывая степень своей эрекции, то ли просто приятно. Приятно, да. И заводит.
Я решилась сделать это сама. Опустила руку вниз и дотронулась. Господи, да я даже про себя не могу произнести это слово нормально. До его члена. Который был уже в полной боевой готовности. Погладила его через одежду. Не знаю, как правильно это делать, как его ласкать. Но хочется. Хочется, чтобы ему было приятно и хорошо.
