Поиски урн заняли практически всю ночь. Лишь под утро, когда я, злясь на весь мир и Константина в частности, уже была готова признать свое поражение, мне улыбнулась удача. Нижний уровень, хранящий в себе не только секреты лабораторных опытов семейства Оверъяр, оказался богат еще и на тайники, щедро оснащенные ловушками всех мастей. В одном из них я и обнаружила стройный ряд ваз с крышечками.
Продолжительные поиски вымотали, так что прежде чем приступить к немыслимому в этих краях вандализму, я устало присела прямо на пол. На дорожку, так сказать. Блаженная улыбка самоубийцы легла на мои губы, в голове было девственно пусто, совесть – кристально чиста, а намерения – как никогда четкими и категоричными.
Варварству быть!
Ну вот, на дорожку отсижено, последние крохи сомнений задавлены, и моя слегка подрагивающая от нервного напряжения рука тянется к ближайшей вазе…
– Не делай этого!
А вот и первый зритель.
– Чего не делать? – В последнее время у меня очень хорошо получалось разыгрывать невинную блондинистость, вот и сейчас я лишь саркастично усмехнулась, но не замедлила движение руки ни на секунду, и первая урна встретилась с каменным полом тайника. – Вот это? Ой… Какая я неловкая!
– Род не простит тебе этого! – со странной обреченностью завопила Лизабель, когда я потянулась ко второй вазе.
– А я не прощу этого роду, – зло отрезала я, и вторую урну постигла участь первой. – Кажется, кое-кто возомнил себя слишком могущественным и непогрешимым. Так я развею это заблуждение! И не только я.
– Ты не понимаешь, какую ошибку совершаешь! – Снежинка спикировала на меня, явно пытаясь помешать, но я без труда уклонилась от той, кто, по заверениям Константина, уже не являлся цельной личностью, отдав часть своих сил и души в общий котел рода.
Я этот путь повторять не планировала.
– Попытка манипулировать мной – вот это ошибка! А желание быть свободной от навязанных исподтишка обязательств – это естественно!
Третья ваза присоединилась к предыдущим, и по полу уже начал клубиться прах тех, кто был в них запечатан, поэтому я поторопилась завершить свою подрывную деятельность, чтобы ни один лорд из свежеразбуженных призраков не смог мне помешать.
Две секунды на каждую урну, полный игнор истерящей Лизабель – и вот у моих ног – осколки пятнадцати ваз, а вокруг меня – пятнадцать вихрей различной степени возмущения и негодования, постепенно формирующихся в призрачных ящеров.
Дожидаться, пока меня начнут отчитывать за беспредел уже лорды рода Оверъяр, не стала. Шагнула назад, чтобы не мешать воплощаться, и погромче заявила:
– Всем привет! Прошу чувствовать себя как дома! Разрешается шалить, наказывать не оправдавших надежды потомков, а также приструнять своих жен, зашедших слишком далеко. Не благодарите!
И пока меня не прибили излишне «благодарные» лорды, рванула наверх, чтобы выполнить данное еще вчера обещание: навестить свою милую Розочку. Надеюсь, когда вернусь, обо мне вспомнят в последнюю очередь.
Бежала я очень быстро. Практически летела. Но все равно не успела удалиться в горы настолько далеко, чтобы не услышать мощный вопль разъяренного Константина, сотрясший скалы.
– Катер-р-рина! Убью!
Как старо и знакомо. Тихонько хмыкнула себе под нос и продолжила путь на север. Может, и правда убьет. Может, ему в этом даже род поможет. Зато с моей души свалился груз нелегкого выбора, и теперь на ней светло и легко.
Потому что выбирать я не собираюсь!
Сделала я его уже, свой выбор. И он – в пользу свободы.
И сразу воздух показался ароматнее и горы – красивее… Решено, останусь на ночь с Розочкой. Потреплемся с живоглотышем по душам, полюбуемся звездами, оставим в качестве последнего прощального жеста роду Оверъяр какую-нибудь наскальную живопись в стиле «здесь был Вася», помечтаем о том, кем я стану, когда моя душа возродится в новом теле…
Забавно. Кажется, я все-таки сошла с ума или что-то в моей призрачной голове неслабо щелкнуло, потому что мысли о скорейшей смерти уже не казались мне странными и страшными. Я просто усну и проснусь младенцем. Маленькой, розовенькой, пухлощекой крошкой…
– Вот ты где!
Из размышлений о прекрасном меня вырвал чей-то незнакомый женский и явно ликующий возглас. Я замерла, настороженно осмотрелась, но лишь когда к моему лицу спикировала снежинка, поняла, что побег в горы не удался.
Но мы еще посмотрим, кто кого!
– А вы, простите, кто? – поинтересовалась я весьма прохладно у незнакомки.
– Леди Присцилла, супруга седьмого лорда Оверъяра, – тоже похолодев тоном, представилась дама. – И вам, барышня, надлежит вернуться в замок и ответить за свой чудовищный поступок перед родом.
– Надлежит? – иронично уточнила я и бессовестно рассмеялась. – Знаете, что-то у меня на этот прекрасный день совсем иные планы. Созвонитесь с моим секретарем и согласуйте подходящее для возвращения время. Допустим, на… – Я сделала вид, что серьезно задумалась, затем щелкнула пальцами и закончила: – К Армагеддону у меня как раз высвободится пара свободных минут.
