Урсула тяжело вздохнула и повернулась к входу спиной. С высоты верхней ступеньки открывался прекрасный вид: летняя зелень рассыпалась по равнине, город казался крошечным с высоты холма, где располагался королевский замок, за ним виднелось поле и лес. Из конюшни послышалось ржание и звон железных вёдер — время кормёжки.
— И в самом деле — замечательная картина, — довольно окинула она взглядом свои владения, — после того как закончу с делами, нужно будет почаще выходить, любоваться.
Урсула развернулась и зашла во дворец. В залах стояла тишина: после исчезновения наследницы, её мачеха лишила работы ещё часть персонала, и при дворе осталось всего пара десятков слуг. Теперь в коридорах уже не мелькали толпы женщин в передниках и мальчиков с подносами. За оставшимися закрепили несколько главных комнат и кухню. Садовникам, конюхам и остальным, чья работа была вне стен дворца, женщина запретила появляться в коридорах замка. Лишь в подсобных каморках с инвентарём и в спальнях для прислуги, что располагались в самом низу, ближе к выходу на задний двор.
Прошло уже несколько дней, с тех пор как Александр приказал Мартину временно подселиться в тело Сильвии. Девочка слишком активно стала разнюхивать про тёмные дела, что скрывали Урсула и её помощники. Адский генерал настоятельно не рекомендовал проводить перенос душ, так как целью для ведьмы всё ещё являлась Кристен, а её нахальную младшую сестру необходимо было просто временно усыпить. Власть, что таилась в руках злых приспешников, позволяла им вселиться в живого человека, если это было необходимо для их делишек.
— У тебя есть несколько дней, чтобы продвинуться к своей цели, до момента, когда Мартин больше не сможет удерживать живую душу по соседству, — хмуро произнёс Александр колдунье, отправив напарника к Силли в спальню, — я лишь даю тебе отсрочку, чтобы девчонка приостановила своё расследование и не успела донести кому-то о наших кознях.
Мачеха торопливо закивала головой. Она выглядела напугано, ведь всё шло не по плану. Уже давно она должна разгуливать в нарядах для церемонии в юном теле старшей наследницы и предвкушать своё восхождение на престол. Но та пропала, а младшая вовсю совала нос в чужое дело и вот-вот могла раскрыть их замыслы, рассказав всё советнику или королевской страже.
Сильвия расхаживала по своей комнате. Ничего примечательного обнаружить так и не удалось: обычные книги, тетради, игрушки. Её руками Мартин перевернул матрас на кровати, ковёр на полу, пока не заметил краем глаза уголок небольшой бумажки за ножкой стола. Вытащив на свет записку Кристен, он довольно ухмыльнулся. И как это раньше не догадался обыскать её комнату? С первых дней он даже не думал, что в опочивальне ребёнка может таиться подсказка. Для начала пару дней обыскивал каждый сантиметр комнаты её сестры. У Кристен оказалось много занимательных вещиц, он даже обнаружил потайной шкаф с зельями, ощупывая стены. Однако всё это не имело отношения к происходящему и не могло дать никакой зацепки, где её искать.
Сильвия прошагала к личному кабинету Урсулы и сигнально постучала. Дверь приоткрылась, впуская девочку, и тут же была плотно заперта на замок.
— Что там? — Нетерпеливо протянула руку ведьма.
Принцесса потопталась на месте и застенчиво передала записку, найденную под столом.
— Не думаю, что это поможет тебе, но всё же, — произнёс ангельский детский голос.
Пробежав глазами по тексту на клочке бумаги, мачеха досадно бросила его на стол.
— Вот ведь пакость, — расстроенно пробормотала она и опустилась в высокое кресло с кожаной обивкой, — теперь понятно, почему ты принялась копать под меня.
Урсула оглядела девочку с головы до ног. Лишь гнусная ухмылка выдавала то, что в милом детском тельце находился совсем иная сущность. Женщина поморщилась и нахмурила брови:
— Убери эту улыбку с лица. Ты всех нас погубишь.
Сильвия расслабилась и спокойно поглядела на мачеху сверху вниз.
— А Кристен оказалась не так глупа и наивна, да? Чувствовала что-то неладное в тебе. Где же ты сумела так промахнуться? Может, когда убила её папочку? Или, когда стала косить ряды прислуги? Кстати, зачем это тебе понадобилось?
— Не язви, ты в той же тонущей лодке, что и я. А лишние люди во дворце — это дополнительные глаза и уши, которые могут обнаружить то, что им совсем не нужно знать. Ступай, продолжай наблюдать.
Девочка покорно кивнула и вышла в коридор. Пройдя несколько дверей, она внезапно наткнулась на Леонарда, что торопливо шагал навстречу.
— Дитя, почему ты не на занятиях? — Обеспокоенно спросил он.
Сильвия равнодушно пожала плечами:
— Как раз шла на урок.
Советник с тревогой вгляделся в лицо ребёнка. Что-то было не так, он чувствовал, но не мог уловить, что.
