В мире Азлорона нельзя выбрать пару по собственному желанию, все союзы заключает почитаемая здесь своенравная богиня. Что же делать мне, если я попала сюда с Земли и не привыкла к подобному принуждению? Конечно, бежать! Только убежала я не далеко. Обворожительный император догнал меня и запер в своей спальне. Предложил работу его помощницей, кров и себя. Да, кажется, я попала в ловушку, из которой нет выхода.
Да, это точно погоня, — пронеслась в моей голове пугающая мысль, и я с неприятным, холодящим спину страхом, оглянулась назад. Я не увидела ничего подозрительного за своей спиной, но непонятный легкий трепет пробежал по моему телу, и я почти уверилась, что кто-то пристально наблюдает за мной. Если бы только я не наткнулась на того аристократ, — подумала я с досадой. Кроме него отправляться за мной в погоню больше некому. Я плотнее сжала губы, стараясь побороть все возрастающую тревогу, и неотступное ощущение чьего-то присутствия. Ябр летел сквозь лес быстрее тени, но я волновалась все больше, прислушиваясь к неясному шелестению листвы в кронах деревьев за своей спиной. Последние несколько минут мне все яснее мерещились посторонние шорохи и тихое урчание вплетающееся в дыхание леса. Нет, так просто я не сдамся! Быстрее, быстрее, вперёд! Я должна оторваться от этой незапланированной погони!
Глава 1
Лежать на каменном полу было неудобно. Но я не сразу поняла это в том смутно-сладостном состоянии, когда сон все еще ласково удерживает разум в своих объятьях, и туманные грезы проносятся перед глазами неверными размазанными образами, но всегда непременно правдивыми и значимыми. В этом состоянии полусна, еще едва заметно разбавленного пробуждением, только резкий звук или внезапное падение может пробудить ото сна. Я ворочалась на твердом полу, пытаясь найти положение, в котором сонные грезы не будут ничем ограничены, но все же холод каменного пола заставил меня неохотно раскрыть глаза. Первое что я увидела перед собой — это тепло трепещущий свет, метающийся между темным бархатом стен. Такой живой свет дают только свечи, удлиняющие тени и раскрашивающие мир в особенные полутона. Все еще не желая возвращаться в реальность, я уже и не могла заснуть снова. Почему в моей комнате горят свечи, подумала я, испытывая то чувство дискомфорта и страха, которое испытывает человек, неспособный сразу интерпретировать развертывающиеся перед ним события. Чувствуя слабость и неприятное, быстро наплывающее и спадающее головокружение, я приподнялась и рассеянно осмотрелась вокруг. И это не моя комната, испытывая быстрый укол страха, поняла я.
Так, нужно успокоиться. Прикрыв глаза, я начала вспоминать. Вчера мы с Ником и Лизи отправились в бар. Платил Ник, потому что мы праздновали его повышение по работе. Сначала мы пили эти приторно-сладкие коктейли с милыми зонтиками, которые я хотела достать из бокалов и забрать домой. Потом мы перешли на более крепкое — пили шоты на скорость, и я победила. Ладно, это было весело, но чем закончился вечер? Я обняла себя руками, уже более осознанно оглядываясь вокруг. Если я вспомню, чем закончился вечер, то смогу понять почему я здесь, и где находится это здесь. И я вспомнила, прикрывая глаза рукой от стыда, собственный пьяный дикий смех и крик «То-то же! Кто тут мастер вечеринок?!». Блин, а потом я потеряла сознание? Дальше в памяти зияла звенящая пустота. Какой же позор. Мне захотелось подняться с пола, но пульсирующая в теле усталость и слабость не позволили сделать это сразу. Пить нужно меньше, поругала я себя, несмотря на то, что голова становилась все более ясной с каждой минутой.
В следующее мгновение я поняла, что разглядываю возвышающуюся над собой каменную статую очень стройной, мастерски выточенной девушки. На удивление правдиво имитирующие ткань мраморные одежды спускались по ее гибким ногам, и кокетливо путаясь у лодыжек, ниспадали на край каменной широкой чаши, на краю которой она невесомо стояла. Чаша висела в метре над полом и я во все глаза уставилась на пустое пространство под ней. Сердце подозрительно ударилось где-то в горле, я сглотнула, и начала себе объяснять происходящее, чтобы не сойти с ума от страха, уже царапающего грудь. «Ну этот фокус тот же, как и в подвешенном над землей краном из которого льется вода. Крепление находится в струе воды, и его не видно за льющимся потоком. Поэтому кажется, что кран висит над землей, здесь также. Но, едва закончив мысль, я поняла, что сама себе не верю. Из ладоней статуи действительно лилась вода, но она ниспадала в чашу, не проливаясь уже из нее на пол, значит, не могла объяснить иллюзию. Отвернувшись, я заставила себя дышать ровнее. Спокойно, Вики, это зеркала. Все фокусники так делают, какая же я трусиха. Эта версия была больше похожа на правду, и я старалась не думать, почему в таком случае я не вижу в зеркальных поверхностях свое отражение, хотя нахожусь к ним достаточно близко. Получив, наконец, объяснение, и посмеявшись над своим страхом, я, покачнувшись, поднялась на ноги и отперевшись о край чаши, еще раз взглянула на статую.
