- Вот, пусть выбирают, кому что придется. Если большое будет не беда, пояском подпояшете и немного кверху возьмете. Они быстро вырастут, все пригодится. Смотри, как тянут каждый к себе. Подождите, я сама вам все разберу. Рубашки Ванятке подойдут, да и другим можно подшить немного и самый раз. А вот старые валенки Никифора, опять Ванятке, он самый большенький. Вот армячок небольшой теплый, сейчас в нем ходить можно. Все оставлю, мамка ваша поправиться и все вам переделает как надо. Ох, смотрите чудно как, на пялили на себя кто что мог и сидят довольные, смеются, показывая друг на друга пальцами.
- А что еще для радости надо, подарков-то сколько понавезли, спасибо вам добрые люди, - благодарил их Митрий.
- Это еще не все Прохор неси миску с гречневой кашей, да кусками сала с мясцом, очень вкусно, мы сейчас приедем домой и тоже ужинать будем.
- А может, с нами сядете за стол, - приглашал их Митрий.
- Кушайте, а мы до дома поедем. Как роженица, Лизонька?
- Спит пока, сама с замиранием сердца жду, когда она проснется. Все ли у нее будет хорошо, вопрос?
- Ты правильно сделала Лиза, не побоялась, иначе сама знаешь, что бы с ней было. А так надежда есть, может поправиться.
- Ушли, они мне как семья, садитесь за стол, малышня, берите ваши ложки, куда жена им накладывает, в какие мисочки.
- Все с одной едим, где другой посуды наберешься, не торопитесь, хватит всем.
- Вкусно-то как, маманя такую кашу не варит, - с набитым ртом сказал Ванятка.
- У нас и гречки-то нет, не сажаем ее, да сколько у меня тут земли-то, я рад что пшена немного намолотил. Скоро капусту будем солить, это самая главная наша еда. Щи будем с нее варить. И туда для густоты опять же пшена бросаем. Скорей бы сыны подросли, помогали мне, тяжело одному.
- Вырастут, вот сегодня Ванятка мне показывал свои руки, какие они у него сильные. Смотри-ка, наелись и отвалились. Глаза посоловели, ты бы их Митрий перенес на палати.
- Еда жирная была, давно такого не ели. Дохтор, ты с женой приткнись, а я с ребятишками или на печку полезу, там уже не так жарко, утром топил.
- За меня не беспокойся, я тут около нее посижу, вдруг, что нужно будет, - сказала я.
Вроде бы все угомонились, а мне не спиться, скорее бы домой возвратиться. В гостях, как говориться хорошо, а дома лучше. Сколько ответственности у меня за жизнь этих людей. Такое напряжение на себя беру. Засопели ребятишки, захрапел Митрий, тяжело мужику такую большую семью тянуть. А куда денешься, помочь ему некому. Дернулась женщина, и заговорила, - темно-то как, где я?
-Тихо, у себя дома, на своей кровати, сейчас попрошу Митрия зажечь лучину. А то я не вижу тебя. Как себя чувствуешь, боли есть?
- Все болит, но самое главное я жива и благополучно раз родилась. Спасибо тебе дохтор, помогла.
- Слышу разговариваете, сейчас лучину зажгу, вот так. Как ты Матрена? – и он заплакал.
- Ну чего ты Митрий, все хорошо, дохтора благодари, это она меня спасла. А вот он и наш сыночек, наш маленький кулечек. Привстать охота, но болит все.
- Я сейчас тебе еще настойки дам, чтобы до утра проспала, а потом перевяжу и уйду, там меня ждут другие раненые. Дня два буду ходить перевязывать тебя, а потом сами будете управляться. Живот хорошо утягивать надо, чтобы не так больно было ходить и завтра после обеда можно уже потихоньку вставать. Так быстрее шов будет зарастать. Вот тут тебе помощь Митрия нужна будет.
- Помогу, все дела свои брошу, ничего вытянем как-нибудь ее.
- Пока ребенок спит, а если захочет кушать придется тебя будить, мы его раз накормили, боюсь, как бы от груди не отказался.
- А ты дохтор, прикладывай его к груди и пусть ее терзает. Там молоко еще пока не пришло, а он пусть тянет, злиться будет.
Уснула роженица, уснул Митрий, только храп раздавался на всю избу. К утру задремала и я, привалившись головой к кровати. Но вскоре услышала шаги Митрия, куда это он собрался, на улице только за серел рассвет.
- Спи дохтор, пошел убирать скотину, а то в избе управляться надо будет, готовить что-то ребятишкам.
- Им еда пока есть, вчера, столько каши осталось. А к вечеру что-нибудь приготовишь.
- У нас неизменный кулеш, и быстро и хорошо, ребятишки привыкли к нему. А вот уж как встанет хозяйка, блины им печь будет.
- Встану, обязательно встану, дохтор, приподними меня, а то завалилась, затекло все.
- Приподняла, болит, сильно шов болит? – спросила я.
- Теперь терпимо, болит, но я думаю, все пройдет, некогда тут разлеживаться, кто с домашним хозяйством и ребятишками будет управляться. Вот сейчас сделаешь мне перевязку, и я встану. Утяну живот потуже и буду управлять по дому.
- Э, нет, так не пойдет, несколько дней никакой работы, у тебя шов, он разойтись может и тогда пойдет все насмарку. А вдруг меня не будет рядом, кто тебе его зашивать будет?