– Что поделать, она проскочила к Королю.– Мин развёл руками.
– Мы не так планировали. Я уже должна была забеременеть! – Эстер брызгала слюной. Казалось, она сейчас бросится на Мина.
– Нет времени спорить.
Маша расхохоталась:
– Ну вы и парочка!
Оба уставились на Машу в молчании. Первый очухался Мин.
– Беатрис, вы всё не так поняли. Не вы, Эстер должна была оказаться в покоях Короля. Ну, и в отличии от вас, она была готова стать матерью для наследника.
– Вы сегодня, видать скурили два кило дурман-травы, – Маше почему-то перестало быть смешно.
– Не паясничайте, Бетси.
– Ваша Светлость,– поправила его Маша.
– Что? – переспросил Мин и присел возле Маши.
– Вы забыли добавить Ваша Светлость.
– Не заморачивайтесь. – Мин потрепал её по щёчке. Маша тут же вцепилась зубами ему в запястье. Мин взвизгнул и отскочил.
– Не советую обмениваться со мной ласками,– глаза Маши угрожающе горели.
– Да вы психованная. – Мин прижал к себе укушенную руку.
– А то! – Маша не собиралась сдаваться.
Фрейлина поторопила:
– Некогда. Давайте приступим.
Они подхватили Машу с двух сторон и поставили на ноги.
Только сейчас она заметила перед собой огромное, в пол зеркало. Оно зияло колодезной чернотой, внутри него, где-то там, мутился еле заметный туман. Не успела Маша понять что это, как Эстер схватила её за руку. А потом резкий толчок в спину швырнул её внутрь отражающего пространства вместе со старшей фрейлиной.
Внезапно Маша вынырнула и оказалась там, где и стояла секунду назад. Никакого зеркала не было. Перед Машей стояла…она сама.
От неожиданности, девушка чуть не лишилась чувств. Эстер превратилась в неё, в Машу. Теперь в одной комнате их было две: она и её точная копия.
– Ну, пора. Идёмте, Эстер. Праздник начался, а вас нет.
Маша видела, как они исчезли за дверью. А она осталась.
Девушка в полной растерянности стояла посреди комнаты и озиралась.
Автоматически стала ходить по комнате, заглядывая за шторы. За одной из них был стол со стулом и очень скромная кровать с брошенными на неё шкурами. С другой стороны интересное сооружение. Приподняв крышку, Маша поняла, что это горшок. Девушка ходила как безумная по комнате из угла в угол.
Наконец она пришла в себя. Вот тебе и разгадка про оборотней, что гадалка предсказала. Неужели это не сказка? Моя копия отправилась в мою комнату, а я?
Странное недоразумение лишило её сил. Она укуталась в вонючую овечью шкуру с кровати. Её всё равно знобило. "Что теперь со мной будет? Как мне уберечь тебя, моя деточка?" – Маша прижала руки к животу и сидела не шевелясь.
Просто невероятно. Она настолько перенервничала, что под утро уснула так крепко! Проспала до позднего утра.
Её внимание привлёк шум. Он доносился с улицы, слышен был из бойницы, то есть из узкого окна в стене. Высоковато, не достать. Маша подтащила громоздкий стул. Влезла, на цыпочках выглянула в широкую щель.
Перед ней открылась площадка, на которой обычно выступал Король. Прямо под наблюдательным постом Маши располагалась свита. О, как это удобно. И видно Короля и незаметно можно подслушивать.
Сегодня был праздник: день запуска голубей женихом и невестой. Птицы должны были символически разнести весть о свадьбе всем тем, кто о ней ещё не знал.
Через минуту на площадке стоял Имре. У Маши сжалось сердце. С некоторым опозданием вышла…Эстер. То есть ЛжеБеатрис.
Именно в эту минуту на Машу накатило. Она отчётливо поняла, что потеряла защиту мужчины, на которого расчитывала. Только завоевала его чувства и вот снова потеряла. Может он и не узнаёт её, а теперь и не сможет узнать.
Эстер в чёрно-зелёном платье с золотыми шнурками и агатовыми бусинами приблизилась к Имре и стала рядом. Король повернулся к ней и что-то сказал. Эстер опустила голову. Маша заметила, как у Ирме двигались желваки на скулах. Он что-то снова сказал Эстер. Та скорым шагом отправилась прочь.
Вся свита отлично понимала. Происходит нечто, но все стояли молча, сохраняя вежливое спокойствие.
Через время Эстер вышла вновь в розовом платье. Король сказал ей слова, которые заставили Эстер снова сникнуть. В это время к ним в золочёной малюсенькой карете, запряжённой белым пони подъехал ларец.
Имре открыл крышку. Эстер стала доставать птиц и запускать их в небо. Однако голуби не собирались взлетать. Опускались на траву, бестолково крутились возле ларца. Имре достал одну птицу, закинул её повыше.
– Вот, вот! Пусть летит, расскажет всем, какой ты лох! Не можешь отличить одну женщину от другой! – подумала Маша, заливаясь горючими слезами. Она положила голову на руки и плакала.
Ревность, обида, бессилие – всё вместе скрутило её, мешало дышать. Болело в груди, отчаяние пульсировало в голове. Она не видела, как Имре тут же отвернулся от Эстер, решительно отправился в замок. Вся свита последовала за Королём.
Маша поняла, что всё стихло.
Снова поднялась на цыпочки, выглянула.
Эстер стояла одна на лужайке. К ней с поклоном подошёл Мин.
В это время мелькнула хорошенькая головка Эльзы.
– Эльза!
Девушка замерла, не шевелясь.
