– Ра… фа… эль… – охрипшим голосом выдавила я, почти ничего не соображая и закидывая руки за голову.
– Ириана… – так же хрипло отозвался он и зацепил пальцами вырез платья, оттягивая его назад.
Меня буквально прошибло током, когда его обжигающие пальцы коснулись обнаженной кожи; наслаждение, перемешанное со стыдом, заполнило меня всю.
Что я делаю?
Что он делает?
Так нельзя… Это слишком быстро…
– Рафаэль… – снова выдохнула я, – пожалуйста…
Кажется, я хотела, чтобы он прекратил. Точнее, совершенно этого не хотела, но как позволить сейчас все это, не разобравшись?
– Ириана… – опалял он меня горячим шепотом.
Мое тело ныло от невыносимого желания, низ живота разогрелся почти до боли, мне было просто необходимо, чтобы он продолжал, чтобы не останавливался, все мое существо желает его прикосновений…
Не знаю, откуда и где взялись силы, чтобы упереться ладонями ему в грудь.
Мне казалось, он этого даже не заметит, но стоило мне оказать лишь подобие сопротивления, его натиск моментально исчез.
Приподнявшись на руках, он завис надо мной, глядя своими синими, как сапфиры, глазами прямо мне в душу. И я в прямом смысле слова видела, как в них полыхает пламя цвета индиго, заполнившее даже белок.
Под этим взглядом меня трясло. Все внутри по какой-то необъяснимой и непонятной причине тянулось к нему, пульс отдавался в ушах.
Его губы дрогнули, кажется, он хотел что-то сказать, но так и не сделал этого. А в следующий момент резко встал и пулей вылетел из комнаты, оставив меня распаленную и до предела смущенную лежать на ковре перед камином.
* * *
Рафаэль Ксантан бежал по коридору, не разбирая пути и чувствуя, как его глаза полыхают ледяным пламенем.
Что на него нашло? Что за безумная, ненормальная тяга к подчиненной? Откуда? Ведь он не первый год знает Ириану, никогда и ничего подобного он к ней не испытывал.
Что же случилось?
Почему вдруг при одном ее присутствии все его мужское нутро закипает, как испаряющийся снег над вулканом?
Мягкая, нежная, такая чувственная и страстная. Почему прежде он этого в ней не видел? Неужели она действительно пошла на курсы женственности? Да пусть бы и пошла. Ни один курс не смог бы дать такого эффекта, тем более в такие короткие сроки.
Может, какое-то ворожейское зелье? Она его околдовала?
Да ради чего? И если так, почему тогда отстранилась?
А ему совсем не хотелось прекращать. Хотелось продолжать гладить ее, прикасаться к нежной, как паучий шелк, коже, целовать мягкие и податливые губы.
Боги… Какие они сладкие на вкус…
– Р-р-раш… – зарычал майормаг, на бегу тряхнув головой и пытаясь выгнать из мыслей образ распростершейся под ним зовущей и манящей девушки.
Но что бы ни делал, молодое и горячее тело Ирианы все равно стояло перед глазами.
В каком-то полубеспамятстве он выбежал на крыльцо в надежде, что свежий ночной воздух остудит его распаленные мысли. Но даже это не помогло – образ девушки, ее дурманящий запах все равно туманили разум.
Он желал ее.
Желал, как ни одну женщину в мире.
И понять причин этому совершенно не мог.
– Долбаные демоны… – выругался Рафаэль Ксантан.
Надо было срочно что-то делать. Он никогда и ничему не позволял брать над собой контроль, и единственный, чей беспрекословный авторитет признавал, – это короля, Кристиана Фриза.
Девчонка околдовала его. Одурманила. Нужно срочно разобраться, снять морок.
– Оракул… – механически прошептал он, – нужно к оракулу.
Буквально через несколько минут его дилижанс уже несся через ночной Ландагор по пути к лесу оракула.
Что с ним? Что за наваждение? Нет, это надо решить…
Ириана, прежде резкая, холодная, даже немного мужеподобная. Сейчас она совсем такой не выглядит. Откуда в ней столько нежности, чувственности? Она будто бы даже внешне изменилась, хотя вроде такой же и осталась.
Но что-то неуловимое и в то же время основательное поменялось…
Рафаэль Ксантан не помнил, как преодолел весь путь, и очнулся, уже когда стучал в дверь избы, окруженной светящимся частоколом.
Самое время было бы поосторожничать – не каждый осмелится ломиться ночью в лес оракула, да еще и стучать к ней в дверь. Но сейчас Рафаэлю было совершенно плевать. Даже если из чащи полезут болотные твари или какие-нибудь умертвия, он готов с ними сразиться, только бы разобраться. Понять, что с ним такое.
Или с Ирианой.
Ему долго не отвечали. Майормаг уже стал думать, что оракул уехала или просто не хочет никого принимать (все-таки ночь), но минут через пять его настойчивого стука за дверью послышались шаги. А еще через пару мгновений она открылась, и на пороге возникла Эления. В темно-бордовом халате, с распущенными волосами воронова крыла и с очень недовольным лицом.
– Ксантан, – хмуро произнесла она. – Мы, конечно, давние друзья. Но с какого перепугу ты ломишься ко мне в полночь?
– Эления, – буквально простонал майормаг, чего в принципе никогда не делал, – нужна помощь.
– Да уж естественно, нужна, – буркнула она, – если заявился в такое время.
Несколько секунд она сверлила его испытующим взглядом, потом все же произнесла:
– Ладно. Заходи. Посмотрим, что там у тебя за дела.
