Его партнер по ритуалу кивнул, и оба достали артефакты перемещения. У меня все внутри сжалось от понимания, что они сейчас уйдут с той, что была мне близка по несчастью. Хотелось остановить их и защитить бедную девушку, но я продолжала стоять на месте, прикованная к оставшейся сущности крови.
Один из мужчин привлек к себе дрожащую девушку, и их окутало уже привычное сияние портала, однако что-то тут пошло не так: храм озарила не белая вспышка, а ярко-алая.
В последний момент я увидела, как силуэт девушки отлетел от мужского, и они оба пропали.
Остались только я и второй тип в балахоне.
— Бездна! — выругался он и исчез в сиянии портала.
На этот раз в белом.
Я осталась совсем одна в полной темноте.
Ног и рук я уже не чувствовала из-за долгого контакта с сущностью. Она-та без зазрения совести вытягивала все это время из меня магическую силу и продолжала мной питаться и дальше, не выпуская из своей памяти.
В груди стучало сердце, набатом звуча у меня в ушах. В легких не хватало воздуха, и я начала задыхаться. Именно невозможность вдохнуть подсказала мне, что пора как-то выбираться отсюда. Осталось только понять как, да еще при таких обстоятельствах, когда сильные эмоции уже не помогают?
В прошлый раз как-то само все вернулось, и я очутилась у целителя. Сейчас же я понимала, что отпускать меня никто не хочет. Все-таки нельзя предусмотреть все.
Свалившись на пол без сил, я почувствовала, как в груди начало жечь, а голова была готова вот-вот лопнуть. Не знаю, что в этот момент мной двигало, но я вспомнила, как Октавиан в кабинете помог мне, наполнив мой магический резерв необходимой энергией.
Захотелось вновь испытать ту легкость, и я из последних сил мысленно позвала змея.
Проснуться и увидеть первым делом золотую бородку Октавиана я мечтала меньше всего, но чуть погодя, вспомнив, что со мной произошло, была ей рада как никогда прежде. Как бы сильно я ненавидела змея, ощущать его рядом оказалось очень даже приятно.
— Проснулась, Мышка, — неожиданно прозвучал голос господина Тойгера со стороны водительского места.
На этот раз тигр воспользовался автопилотом и сейчас сидел, полуобернувшись к нам.
После его слов Октавиан резко опустил голову, и я пораженно отметила в его змеиных глазах облегчение и радость. Вот только длилось это не дольше секунды, так как в следующий миг невиданные ранее мной чувства в его глазах сменились на привычные гнев и ярость. Тут же захотелось провалиться сквозь землю, особенно когда наконец-то сообразила, что моя голова удобно располагалась на его коленях.
Попыталась подняться, но «подушка» решила, что я еще недостаточно належалась и придержала за плечи.
— Поговорим? — вкрадчиво предложил мой начальник, все еще прожигая меня злым взглядом.
— Прямо так? — сипло поинтересовалась и скосила глаза на тигра.
Тот старался делать вид, что тоже зол на мой поступок, но во взгляде читалось веселье с тем же облегчением, что и пару минут назад у змея.
— Не имею возражений, — нарочито спокойно ответил он, а затем как рявкнул, отчего я тут же собралась встать по стойке смирно, но сильная рука вновь удержала меня в лежачем положении: — У вас вообще голова на плечах есть, Белова?! На кой бес вам понадобилось выжигать себя?!
Испуганно похлопала глазами и перевела взгляд на тигра, подсознательно ожидая от него помощи, а лучше спасения.
Тойгер лишь пожал плечами, разведя руки в стороны, молча говоря, что не имеет права перечить начальнику. У-у-у, предатель! Мог бы и поубавить пыл змея.
— Все во благо жизни и мира на земле, — ответила, блуждая взглядом по крыше кипа и разглядывая в окне проносившиеся мимо здания и яркие вывески магазинов, лишь бы не смотреть на Октавиана.
Оказывается, мы уже давно в городе и сейчас куда-то летели. Надеюсь в штаб, а не заказывать мне гроб.
— Прошу не паясничать, Белова, — недовольно произнес Октавиан, а затем глубоко вдохнул и медленно выдохнул, подняв лицо к потолку.
Моему взору опять предстала его бородка. Золотые и твердые на вид волоски покрывали только его подбородок. Именно поэтому я всегда называла ее козлиной. И пускть она шла ему, но, как по мне, так лучше бы все мужчины брились. Так их приятнее целовать.
— И не думала, — поспешила заверить его и произнесла на одном дыхании: — Один из преступников — бруйт.
Змей хмыкнул.
— И как вы это поняли? Нашли на полу шерсть или кровь? Мы весь храм облазали, Белова, но смогли лишь отметить в магическом фоне отголоски одной ауры, и она вовсе не бруйта!
— А кого? — вмиг оживилась я и попыталась принять вертикальное положение.
— Вы не ответили на мой вопрос, — строго произнес змей, положив ладонь мне на лоб, тем самым удерживая мою голову у себя на коленях.
Да чтоб его!
— Я обратилась к сущности крови, что осталась в чаше, и именно она поведала мне о ритуале. Преступников двое, и одни из них — бруйт!
Ненависть к этому мужчине вновь вылезла наружу, и все это я сказала на повышенных тонах.
Мужчины молча переглянулись.
— Что значит «обратились к сущности»? — вкрадчиво поинтересовался Тойгер, чуть подавшись в нашу с Октавианом сторону.
