Еду решила взять навынос, и повела немного уставшую соседку в место, откуда виден весь город. О нем я узнала случайно, вызванная туда по работе. Один из артефактов связи стал мешать другим, посылая искаженную информацию. Артефактор, вызванный по лицензии, не понимал в чем причина, поэтому пришлось мне влезть в артефакт и разбираться с переплетениями и активными сущностями, поскольку любой мог прослушать чужой разговор. Это, наверное, был единственный момент, когда я выбралась из кабинета. И как оказалось — не зря.
Как только мы поднялись на прямую крышу дома, стоящего в самой высокой точке города, я вздохнула полной грудью, раскинув руки в стороны. Ветер здесь был сильным, но я часто тут бывала и уже привыкла, и даже радовалась этой стихии после душных помещений центра.
— А нам тут можно находиться? — поинтересовалась Лена, боязливо поглядывая вниз, но затем выпрямилась и с восторгом обвела взглядом необычной красоты панораму ночного города.
— Можно, — махнула я рукой на все запреты. — Никто нам ничего не скажет.
— Хорошо, — все еще не веря мне, кивнула она и присела на бортик парапета. — Красиво. Магия все-таки невероятная вещь. Столько красочных и необычных огней.
— Полностью согласна. — Мне впервые было хорошо. Рядом человек, который меня поймет с полуслова, и оттого было невероятно легко дышать. — Но куда красивее смотреть на город магическим зрением.
— А это как? — спросила она с набитым ртом, жуя местный гамбургер.
— Этому не так легко научиться, — хмыкнула, вытаскивая из своего гамбургера помидор. Неожиданно он выскользнул из пальцев и полетел вниз. Надеюсь, он никому на голову не приземлится. Людей на улице было мало, но закон подлости никто не отменял. — Мне потребовался год, чтобы научиться чувствовать свой резерв, а там и видеть магическим зрением.
— Год это много, — грустно вздохнула она. — Но в общих чертах?
— Это непередаваемое чувство. Ты будто переносишься в другой мир, видя его четко и ясно. Здесь все наполнено магией и она живая, постоянно просит тебя с ней поиграть.
— И вы с ней играете? — не унималась Лена, забыв про гамбургер.
Я рассмеялась.
— Это образно, — веселясь, ответила ей. — Хотя заклинатели могут себе это позволить.
— Заклинатели? — недоуменно переспросила она.
— Маги, способные управлять словом.
Видя, что до нее так и не дошел смысл сказанного, вздохнула и решила начать с самого начала:
— Когда-то это был совсем другой мир. Помнишь господина Тойгера — человека с тигриной головой? — спросила у нее, а дождавшись кивка, продолжила: — Так вот, он относится к коренным жителям Эйделии. Они все такие — имеют головы разных животных. Да, это удивительно, — сразу ответила ей, видя, что она сильно удивлена. — У них головы наших земных зверей, когда их звери выглядят немного иначе. Я тоже была когда-то так удивлена, как и ты сейчас. Но больше всего меня удивила их магия. Способность словами сделать все что угодно! В академии я много раз наблюдала, как они это делают, но никак не могла повторить за ними. Напитать слово магией намного сложнее, чем перейти на магическое зрение.
— Это, наверное, потому что ты из другого мира, — предположила она, внимательно меня слушая.
— И да, и нет, — улыбнулась ей. — Видишь ли, магия делится на два вида: магия слова и магия предмета. В детстве у тебя просыпается дар — аура начинает питаться от магического фона, наполняя твой резерв. С этого момента ты начинаешь медленно стареть и хорошеешь буквально на глазах. Магия питает нас жизненными силами. Однако кровь решает, какой у тебя будет дар, разнося магию по всем клеткам твоего организма.
— Вот тут я запуталась, — честно призналась Лена, качнув головой. Ветер подхватил ее локоны, убирая с лица, будто они мешали ему ее разглядывать.
— Кровь, гены…там все сложно. Об этом ты узнаешь в академии, — зашла я немного дальше, но по блеску в глазах поняла, что она не против учебы в академии. — Раньше были только эйделийцы. Все они были заклинателями. Но однажды в этот мир попал обычный человек.
— Как мы?
— Нас призвали, — иронично произнесла, обрывая ее фантазию. — Это совсем другое.
— И как он это сделал? — прищурила она глаза.
— Никто не знает. Да и сам он, как мне известно по книгам, не понял, как это произошло. Но суть в другом! С его приходом появилась магия предмета. Он видел сущности предметов и мог ими управлять!
— А сущности — это что, напомни…
— Хм, — я задумала, как бы ей донести суть, и ткнула пальцев в ее кулон. — Вот, например, лунный камень. Он обладает сущностями: любви, здоровья, творчества и еще много других, которые можно воплотить в прямом смысле слова. Иногда к артефактам привязывают магию слова, и тогда это получаются артефакты высшего звена. К ним относятся местный транспорт, телефоны, телевидение… Тут нет электричества, но есть свет. Стекло имеет сущность защиты. Его выдувают нужной формы и помещают туда сферу света, созданную магией слова. Конечно, магия слова не вечна, поэтому приходится менять аналог лампочки.
— И совсем нет технологии?!
