Вот же угораздило! На старости лет попала в другой мир. И не в молодое тело местной красавицы. Нет. Как есть. Своей престарелой тушкой.Одна радость, что перенеслась с удобствами, вместе со своей трехкомнатной квартирой. Ага, мобильная связь, интернет. И, ура, доставка через интернет из магазинов. Хорошо-то как!Какой мужчина? Нет, раненого мужика на дом я не заказывала!Примечания автора:Уважаемые читатели, вы мне очень дороги! Поэтому, чтобы не было разочарования и недопонимания, пожалуйста, посмотрите примечание.____Это двухтомник.Первая книга 18+, постепенное развитие отношений, откровенно, но без фанатизма.Вторая книга 18+, очень откровенно, но без жести. Герои романтичны и нежны.Это моя первая публикация (маленький рассказ не считается), потому буду очень рада комментариям (плиз, убивайте нежно xD), и библиотекам, и сердечкам, и подписке на автора.-)Ваша Ева.
У меня было ощущение, будто попала в фильм ужасов. Не знаю, как бы я отреагировала, если бы в квартиру просто позвонили или нормально, громко постучали в дверь, но вот эти — на грани слышимости — постукивание и поскребывание вызывали дрожь и заставляли волосы шевелиться на голове.
Ну хорошо. Фильм ужасов так фильм ужасов. Что там обычно делают? Ага, непременно идут посмотреть. Вдохнула-выдохнула, как пред прыжком в воду, и отправилась к входной двери.
В глазок ничего не увидела. Еще раз продышалась и отперла дверь.
На площадке, навалившись левым боком на ограждение, подогнув ноги, сидел мужчина. Безвольно лежащие на коленях руки и свесившаяся на грудь голова, скорее всего говорили о том, что мужчина без сознания или близок к тому, но желания срочно броситься помогать я в себе не обнаружила. Ага. Я сейчас подойду к нему, а он… Что? Я не знала, что, но боялась этого, казалось бы, безвредного мужика.
— Эй! — негромко окликнула. — Эй-эй! — громче.
Никакой реакции не последовало. Подойти так и не рискнула, однако дверь открыла шире, и… Одно его колено было выставлено вперед дальше, и в него толкнулась, открывающаяся дверь. И мужик начал заваливаться вперед, лицом вниз.
Ну Ева, она такая Ева. Хоть убей! Сердобольная, блин… Я быстро присела и поймала его голову к себе на колени. И тогда увидела, отчего он в таком не совсем живом состоянии. Вся спинка его длинной куртки была мелко изодрана. Ткань торчала множеством рваных клочков и набухла кровью, и довольно длинные, ниже плеч, волосы на его затылке тоже слиплись от крови.
Я не медик, так что понимаю в общих чертах только в своих болячках, и, тем более, совсем мало понимаю в открытых ранах. Единственное, могу предположить, что если все эти ранения не поверхностные, а проникающие, то мужик — не жилец.
Надо вызывать Скорую. Значит, раненого нужно затащить внутрь квартиры. Это его голова уже в прихожей, а тело на лестничной площадке за дверью.
Придержала его голову и осторожно опустила на пол. А что? У меня пол чистый.
Из шкафа-купе, который занимал все шесть метров стены прихожей, достала старую льняную простыню и подумала, что, к счастью, не избавилась от старого постельного белья. Этим льняным простыням сноса нет. Простыню сложила по длине вдвое, кряхтя, пыхтя и бурча себе под нос, аккуратно, как смогла, повернула тушу незваного гостя на бок, стараясь, чтобы он не перевернулся на спину, подпихнула под него простыню и опять перевернула на живот.
Села передохнуть и выговорилась с отдышкой, усмиряя колотящееся от нагрузки сердце:
— Лучше быть мизантропом. Милосердие — зло. Проявляешь милосердие, а потом жертвуешь своими планами и спокойствием. Нужно было его на площадке оставить.
Бурча в том же духе дальше, я, наконец, полностью втянула тело на простыне в прихожую и закрыла дверь.
Ну, с Богом! Я взяла телефон, набрала скорую и уселась тут же рядом с болезным на пол. Меня потряхивало. Я не знала, как правильно вызывать скорую, себе вызывала только один раз. Как это было, не помню. У меня тогда давление зашкаливало.
— Я мужчину раненого подобрала. У него вся спина в крови. Пульс есть, он без сознания.
Я так разволновалась, что не особенно вслушивалась в то, о чем меня спрашивают, и почти не понимала, что от меня хотят услышать.
— Возраст? Шестьдесят с хвостиком. Как зовут? Евдокия Алексеевна… Не мое имя? Как зовут мужчину? Ну откуда же я знаю? Он без сознания, а я его первый раз вижу. Полис? Да нет у него полиса. Адрес?
Ну, наконец-то! Я сообщила адрес, глядя на лежащего неподвижно мужчину, и тут… Я решила, что у меня галлюцинация. Все его тело подернулось дымкой, которая становилась все более и более непрозрачной, пока полностью не скрыла его. Я сняла очки, потерла глаза: может, давление подскочило, и у меня зрение отказывает.
В общем, когда я надела очки и посмотрела снова, оказалось, что дымка исчезла, а вместе с ней исчез и мужик. Вместо него рядом со мной на полу лежал крупный, наверное, не многим мельче немецкой овчарки, очень меховой кот интересного окраса: на песочного цвета подшерстке — темные тонкие поперечные полосы. У него так же была изранена спина, и шерсть слиплась в окровавленные колтуны. От вида крови я в обморок, как некоторые, не падаю, но кот вместо мужчины… Это оказалось выше моих психических возможностей. Сознание помахало ручкой, и на меня опустилась тьма.
Скорая. Приехали
— Женщина, очнитесь!
От резкого запаха вздрагиваю, пытаюсь отвернуться, приоткрываю глаза.
Ясное дело, передо мной маячит рука с ваткой, смоченной нашатырем. Фу-фу-фу, гадость!
— Все, все, я уже здесь. Что случилось? — еле ворочая языком, реагирую я.
Вот всегда верила, что нашатырь и мертвого поднимет. А еще, как всегда, бесит это обращение «женщина». Да, уже не девушка, конечно. Но где эти былые «мадам» или «сударыня»?
— Это я у вас должен спросить, что случилось? — раздражается молодой мужчина в белом халате.
— М-мм??? — пытаюсь сообразить, чего он от меня хочет и как попал в мой дом.