— Ты же обещал, что будешь ждать моей инициативы, — напомнила я.
— Так я и жду, — горячее дыхание Даннэра явственно ощущалось и в таком тропическом пекле. — Как видишь, я даже не касаюсь твоего изумительного тела.
— Жди… — равнодушно протянула я.
Самодовольно улыбнувшись, мужчина подался вперед, скользнул рукой по моей шее и ловко дернул за завязочки. Теперь верхнюю часть купальника можно было приспустить одним пальцем. Что Даннэр и сделал. Черт! Я попыталась прикрыть груди ладонями, но руки совсем не слушались, словно приросли к шезлонгу.
А наглец тем временем переместился и навис надо мной сверху.
— Как ты вкусно пахнешь… — тихо и медленно проговорил он, практически касаясь губами моей щеки.
Против воли я повернула голову, желая, чтобы он еще что-нибудь прошептал теперь уже в шею или в ухо. Насладившись несколько секунд моим томительным ожиданием, он подул мне на подбородок и стал спускаться ниже. Невероятно возбуждающая струйка горячего воздуха ползла по шее, миновала ямочку между ключицами, а потом потянулась по диагонали влево и остановилась на вершинке груди.
Я скрипнула зубами — нет, он не получит того, что так жаждет!
Даннэр, не прекращая дуть, посмотрел мне в глаза. Зачем он это сделал! Новая сладкая волна ударила в голову, очистив ее для свежих мыслей. Если он сейчас не коснется губами моего соска, не потеребит ее языком, я сойду с ума. Но он этого не сделает. И поэтому я должна сама податься навстречу…
Н-н-н-ет! Ни за что! Пусть он треснет от возбуждения! Пусть я свихнусь! Но он меня не получит!..
— Не получит! — прорычала я в темноту, вскакивая с подушки.
Это был сон! Сон! Фух!
Только теперь я почувствовала, что вся взмокла. Даже под волосами вспотело.
Стряхнув остатки возбуждения, откинулась на подушку. Я не сдалась! Умница! Даже во сне не прогнулась. Вернее, не выгнулась. Но что я там вытворяла, лучше не вспоминать. Докатилась!
Теперь сна ни в одном глазу. Этот мерзавец даже выспаться не дает! Кстати… а не его ли это работа? Он же маг и наверняка способен вложить мне в голову сон, как он делал это с злгарскими словами. Надо будет поинтересоваться. Вряд ли он ответит, но по его реакции, надеюсь, станет ясно. А на сегодня тема закрыта.
Чтобы хоть как-то абстрагироваться, я начала на элгарском считать черепашек и благодаря этому часа через полтора все-таки заснула.
После завтрака Гридиан стал рассказывать о моих "новых" родственниках. А это, не много не мало, целый клан. Клан Элькона. То есть, до замужества меня звали Альмейда Элькона.
Гридиан принес несколько небольших портретов в качестве визуализации. Отец Альмейды, он же глава клана, Тариас Элькона, наводил страх одним только взглядом. Я всматривалась в это суровое, изрезанное тонкими морщинами лицо, и мне как никогда хотелось сбежать из дворца и больше сюда не возвращаться.
Мать Альмейды, Найяна, на портрете выглядела печально, что не удивительно для женщины, вышедшей замуж за Тариаса. У нее было красивое и как будто мраморное лицо — может, художник его таким изобразил, а, может, и в действительности у нее идеально гладкая кожа.
Была ли она похожа на мою маму, такую, какой я ее помню по фотографиям из дедушкиного альбома? Скорее нет, чем да. Форма подбородка мамина, изгиб бровей тоже. Но на этом сходства заканчивались.
Следующий представитель — старший брат Альмейды по имени Велиар. Копия отца. Как внешне, так, похоже, и внутренне.
Так вот, значит, с кем Леанна хочет связать себя брачными узами. Сдалась ему эта психопатка…
При виде Элйсии, младшей сестры Альмейды, первая и единственная мысль, пришедшая мне в голову — маленькая дрянь. Ей лет пятнадцать на вид, а по словам Гридиана — девятнадцать. Злой пренебрежительный взгляд, хищные скулы, плотно сжатые губы. Одним словом, отвратительная девчонка. Складывалось впечатление, что роль Найяны в этом серпентарии заключалась лишь в том, чтобы производить на свет подобия Тариаса обоих полов.
Еще были какие-то тети, дяди, двоюродные братья, сестры, и за сегодня мне предстояло выучить их имена и узнать, о чем с каждым из них может беседовать Альмейда.
В результате, уже к обеду я пришла к выводу, что быть сиротой, на самом деле, не так уж и плохо.
Трапезничали мы втроем. Даннэр появился как раз в тот момент, когда мы сели за стол. Он был доволен и слегка утомлен. А еще у него на запястье красовался… засос. Свеженький такой. Что ж, будем надеяться, что хотя бы на сегодня он удовлетворен. Однако смотреть ему в глаза я не решалась, поскольку меня не покидала уверенность, что в них до сих пор тлеет возбуждение, способное испортить мне аппетит.
Но он не был бы Даннэром, если бы не начал издеваться. Задавал мне всякие вопросы по усвоенному материалу, заставляя-таки смотреть себе в глаза. Я не ошиблась — в них была лава, медленная, тягучая, раскаленная. Он просто плавил своим взглядом. И, как мне иногда казалось, в этой лаве всплывал вопрос: "Ну и как тебе сон?"
Я героически выдержала экзаменовку. Отвечала так, как учил Гридиан, не позволяя никакой отсебятины, хотя временами так и подмывало.
