Рашаль провел нам небольшую экскурсию и произнес:
– Я загляну завтра. А пока приходите в себя, отдыхайте.
– Утром зайдете? – уточнила я.
– Думаю, часам к девяти, если нет возражений. Как вы смотрите на то, чтобы я сводил вас на завтрак и заодно – на обед в наш развлекательный центр?
– Оу! А что там такое? – заинтересовался Дамир.
– Да много чего, увидишь.
– Хочу! Мама! Давай! Ну да-ва-ай!
Ну вот как я могла ему отказать?!! Да и провести время в обществе Рашаля мне тоже хотелось, чего уж обманывать. Мне нравился этот лут, даже очень. И хотя я еще не разобралась в чувствах и собственных желаниях – больно уж все закрутилось, я мало знала Раша, а к Фасталю так и не привыкла – но предложение казалось отличным.
– Хорошо! Тогда утром не завтракайте! Я познакомлю вас с местными блюдами!
Рашаль тепло улыбнулся, подмигнул – мне, Дамиру – и стремительно ушел прочь.
Мы немного перекусили бутербродами с красной икрой – они, уже полностью готовые, нашлись в холодильнике, помылись и отправились спать…
День был долгий, трудный, волнительный…
Засыпая, я думала: «Надеюсь, у Фасталя все сложится хорошо. Что-то он не звонит и не пишет. Это немного странно. Неужели за целый день не уладил дела? Хотя бы не получил решения по собственным вопросам?»
Я почему-то тревожилась за хестита, и на душе было совсем неспокойно…
Однако усталость и переживания взяли свое – я вырубилась, едва только легла.
Решила, что, возможно, Фасталь устраивается в своем доме, заново проверяет имущество, распоряжается слугами и все в таком роде…
А с нами свяжется несколько позже…
У меня был канал для тайных звонков хеститу. И, если он не позвонит в течение недели, я уже его сама наберу.
А то может Фасталю сейчас совсем не до нас. Мы ведь даже и понятия не имеем – в каком виде хестит получил поместье назад…
А может он давно уже передумал и нашел более родовитую даста-марь… Что ж, так, возможно, даже и лучше. Мне ни выбирать, ни переживать не потребуется…
В нашей части Хеститы как раз была осень. Синеватые деревья окрасились в золото и серебро, выглядело просто сказочно.
Я давно не был на исторической родине, да и никогда особо не считал себя романтичным… Но тут… Вышел из корабля и… обомлел…
Этот двухцветный ковер под ногами – хрустящий такой и хрупкий, словно хрусталь… Яркое солнце, что разливалось вокруг и окутывало приятным теплом… Щебетание неугомонных пернатых… Все это вызвало внезапную ностальгию…
Летняя жара спала, и находиться на планете стало очень комфортно. В отличие от Земли, у нас именно осенью устанавливалась нормальная температура.
Я оглядывался на деревья, похожие на брокколи, выставленные друг рядом с другом… Кустарники, чьи ветки вились будто гирлянды…
Травы, чьи листья словно бы расщеплялись, как змеиные языки, или же, наоборот, имели множество концов, собранных в полусферу…
Как же давно я здесь не бывал…
Нам разрешили «припарковаться» прямо на императорской стоянке для звездолетов. Вартан этому та-ак обрадовался, словно получил очередное уже повышение. Я же относился слегка настороженно. И своим сказал – пока не высовываться. Если что, у нас была «кнопка помощи». Жмешь – и «свои» видят тебя на карте в коммуникаторе, либо точку сбора, если укажешь.
Вартан только посмеивался, пока я дотошно напоминал парням обо всем.
– И, еще, если не вернусь через два часа, сразу же мониторьте – где я…
Добавил я в конце инструктажа. Ребята дружно взяли под козырек, а Камилл тихо и встревоженно уточнил:
– А с тобой? С тобой можно пойти?
Я покачал головой.
– Этот разговор только между мной и императором Честлером. Любой другой на этих переговорах – лишние глаза и уши – свидетель, который никому пользы не принесет.
– Хорошо, капитан.
И мои парни остались ждать в транспортнике Вартана.
Нас с другом встретили гвардейцы в черной форме элитного подразделения и повели в замок Честлера Рахлотского.
Я этот дворец очень хорошо знал. Еще мальчиком бегал здесь с принцами, с тем же нынешним императором, ребятами из неправящих кланов, которых на Хестите было еще пять, и другой детворой вельмож.
Здание напоминало огромную звезду из зеркал, что переливалась сейчас всеми гранями и символизировало, что именно наша власть важнее руководства Союза. Только императоры Хеститы правят тут, и никто другой. Никто из содружества нам не указ.
Мы поднялись по высокой перламутровой лестнице, гвардейцы отворили двери – и мы вошли внутрь.
Тут все тоже было, как я запомнил.
Светло, просторно – хоть кричи и эхо лови… Кругом сплошные белизна и перламутр.
Тункурры – каменные ленты под потолком, собранные в изящные сложные орнаменты.
Кэры – ковры с ворсом переменной длины. Вроде идешь, а кажется – на волнах.
Мебель из очень редкого дерева – хамотта. Прочного, как металл, легкого, как пластик, и перламутрового, словно открытая морская раковинка.
В первом приемном зале нас опять встретила стража. Уже в белом – личная гвардия императора. Они чеканно отдали честь, принимая эстафету у сопровождавших нас воинов.
– Не слишком ли много солдат для нас двоих? – шепнул я на ухо довольному Вартану.