Зеркало в серебряной оправе, висевшее на стене мой спальни, немного отрезвило меня. Русые волосы, густые, но совершенно обычные, серые глаза — необычной раскосой формы, но средней величины, средний рост, средний вес, тяжеловатые ступни, толстоватые лодыжки... Вот грудь хороша, тут не поспоришь. С ее четвертым размером не справились совместными усилиями даже заточение в яме и последующая болезнь.
Я распахнула шкаф и принялась разбирать наряды.
Вот розовое парчовое платье с высоким воротом — оно пойдет, чтобы с гордым видом хозяйки указать Диране на дверь. Если она, конечно, посмеет сюда сунуться. Однако этот девчачий нежно розовый цвет.... Я с сомнением отложила платье в сторону.
Затем я откопала черное атласное платье, казалось созданное для того, чтобы сводить с ума мужчин. Ах, как наверное я была бы хороша в нем, если бы имела яркую внешность Дираны. Я натянула на себя откровенный наряд, полюбовалась на чуть не вывалившийся из декольте четвертый размер, покачала головой и сунула черный атлас обратно.
Спустя еще пару часов примерок я наконец нашла то, что искала. Это было струящееся платье из мерцающего изумрудно-зеленого шелка. Рукава были пышными и длинными, а верхняя часть обтягивая, одновременно и подчеркивала все, что нужно. Причем не нарочито и вульгарно, а изысканно. То, что нужно.
Пышная юбка со шлейфом струилась вокруг ног, укладываясь замысловатыми складками. Скромный вырез, отличная длина и фасон, роскошная мягкая ткань, красивый цвет — в этом наряде совпало все. Я была готова встретить соперницу во всеоружии.
Мне до сих пор не верилось, что она посмела вновь явиться сюда, после того, как с позором сбежала.
Тут ощущение, что жизнь выходит из-под контроля, обрушилось на меня. И присев прямо на изумрудный шелк, я расплакалась. Но спустя полчаса, вытерев слезы и умывшись, я позвала Эмили. Девушка вбежала в комнату, веселая и легкая как перышко.
— Эмили, твоя бывшая хозяйка Дирана вернулась, — сообщила я ей прямо.
Эмили испуганно ойкнула.
— Тебе не надо ничего бояться, — поспешила я успокоить девушку, — ведь ты служишь лорду Стейну, а вовсе не ей.
Эмили взглянула на меня и кивнула головой.
— Если она подойдет к тебе и будет что-либо требовать, просить, немедленно дай мне знать.
Эмили согласно кивнула и уверила меня, что именно так она и поступит. Затем я попросила ее помочь мне одеться, причесаться и накраситься. Через час в зеленом изумрудном платье, с украшенной драгоценностями прической, я спустилась в гостиную. Я не понимала, зачем так разоделась, ведь Дирана может прийти в любой другой день или не прийти вовсе... На это вопрос я и сама не знала ответа.
Зато внизу меня встретил Ричард. На нем была белоснежная, расшитая серебром, рубашка. Обычно дома он так не ходил. Подозрения опять заворочались во мне змеиным клубком, но говорить Ричарду о них я не стала. Муж окинул меня долгим взглядом и улыбнулся.
— Ты великолепна! — Прошептал он мне на ухо.
Я зажмурилась от удовольствия. Как же чертовски приятно было вызывать его восхищение. И видеть вспыхивающее в синих глазах пламя.
— Что будет, если она придет сюда? - Спросила я его, когда Эмили унесла Алару спать.
Ричард пожал плечами.
— Ничего не будет, — он с силой сжал ножку бокала, — как придет, так и уйдет.
— У нее же больше нет прав на... - Я помедлила. — ...На дом, на тебя?
— Нет. — Ричард посмотрел на меня пристально. — У нее нет никаких прав. Можешь быть спокойной. Хочешь, я позову мистера Оркана и он все объяснит тебе касательно твоих прав и моей... моей бывшей жены?
— Нет, не надо, — ответила я, - я тебе верю.
Однако на сердце отчего-то было неспокойно.
Так прошло несколько дней. Мы так и не решились принять предложение Сармана, а ведь он должен был скоро уехать. У меня мелькала время от времени мысль отдать ему Алару, чтобы дед увез ее в безопасное место. Однако Ричард был против.
Я каждое утро надевала с помощью Эмили изумрудный наряд в ожидании визита Дираны. И когда наконец устала и решила сделать это в последний раз, все и произошло.
Дверь она открыла с ноги. То есть в буквальном смысле. Встала на крыльце и так двинула ногой в кованом сапоге по двери, что та только жалобно скрипнула и отворилась. Алара, находившаяся в гостиной в манеже, заплакала. Я вздрогнула и быстро выхватив ее из манежа, передала на руки примчавшейся на плач Эмили.
— Быстрей, уноси ее в комнату и там сидите! - Крикнула я ей.
Затем обернулась. В прихожей стояла рыжеволосая красотка с фиалковыми глазами. Она была одета в кожаные штаны с замшевыми узорами. Штаны были заправлены в высокие в сапоги. Сверху красовался кожаный короткий камзол, подогнанный плотно по фигуре. Глаза ее торжествующе сияли, а на губах играла издевательская улыбка. В клубах пыли от выбитой двери она напоминала какое-то божество — древнее и опасное. В довершение картины в правой руке Дираны красовался хлыст.
Как назло, Ричарда дома не оказалось — он уехал зачем-то к матери.
