Да и маньяков-ректоров боюсь больше физических страданий.
Я огляделась. Возле входа в Дом Правосудия стояло несколько пар. И трое мужчин, ожидавших, когда к ним подведут будущих жен, приобретенных у родителей или на рынке. Ректор же еще не пришел.
Слава богу!
«Так, давай, Сима, освобождай меня!» Я постаралась сделать невинно-несчастное лицо, чтобы Симон не заподозрил о моих планах. Заплакать не получилось, но я надеялась, что выражение моего лица достаточно напоминает морду котика из «Шрека».
– Не расстраивайся ты так! Может, я и не прав. Может, ты и верно ему приглянулась по-настоящему! – сказал Симон и ободряюще похлопал меня по плечу. – Давай, Анечка, соберись, ты замуж выходишь, а не мать хоронишь…
От его слов и искренней крокодильей жалости у меня и верно потекли по щекам слезы.
– Эх… – вздохнул Симон, смахнул выступившую у него слезу и, стараясь не глядеть на мое зареванное лицо, склонился, чтобы снять кандалы.
Еще миг – и я должна была бы ощутить свободу в правой щиколотке. Рвануть в сторону, пытаясь убежать от своей горькой участи… но ощущения в ноге не менялись.
Симон возился удивительно долго, а потом привстал.
– Проклятье! Замок заклинило! Чтоб камбезики сожрали это древнее железо! Не нужно было жалеть денег на новые кандалы! – выругался он.
– Вот, дядя Симон! – назидательно подняла я палец вверх. – Сама судьба против того, чтоб я вошла в этот Дом и стала женой дракона. Отпусти меня, а?
– Молчи, попаданка! – с наигранным гневом ответил Симон, снова склонился к моей ноге и принялся ковырять ключом в замке, приговаривая: – И что же нам делать… Ведь в кандалах не пустят. Скажут, что оскверняем стены древнего Дома Правосудия. Ох-ох, Анечка! И как же быть? Ведь ректор-дракон разгневается, превратит меня в таракана…
– А может, в камбезика? – ехидно переспросила я, хоть понятия не имела, что это за тварь такая.
– Это еще хуже!
Тут, как совсем недавно, раздался все тот же властный голос:
– Что за проблемы? Невеста должна быть готова уже сейчас. У меня мало времени.
Я подняла глаза.
Гадор стоял прямо рядом с нами, брови его сошлись над переносицей, лицо выражало страшную строгость.
А я ощутила нечто странное – то ли страх, то ли какое-то другое, более сложное чувство. Сердце мое екнуло и тонко забилось под ключицей. Ноги странно ослабли.
«Ах, ваша милость, это судьба мешает мне стать вашей женой…» – хотела сказать я, но почему-то не смогла.
А Симон задрожал:
– Ваша милость… Простите старого дурака! Ключ в замке заклинило.
– Ах это! – небрежно бросил дракон, одной рукой отодвинул Симона, а другую направил в сторону замка. В тот же момент замок щелкнул, высвобождая мою ногу.
Я ощутила свободу, смешанную с легкой болью в ноге, и инстинктивно подняла стопу вверх, чтобы размять. Пошатнулась. Поза цапли явно не получалась.
Сильная жесткая рука тут же поддержала меня под локоть.
– Если что-то болит – лечить будем потом, – жестко сказал Гадор. – У меня действительно мало времени. Пойдем жениться. Торговец, как зовут девушку?
– Анечка… – робко ответил Симон. – Простите… Анна. Она…
Гадор поднял руку в останавливающем жесте:
– Подробности я узнаю сам. Ты свободен, торговец.
Ловким движением извлек из кармана еще одну монету и бросил ее Симону:
– Вот тебе еще за работу. Прощай.
И, все так же придерживая за локоть, потащил меня вверх по лестнице.
Язык прилип к гортани. Я почему-то не могла ничего сказать, словно была нашкодившим ребенком, которого отец взял за ухо и ведет в угол, а каждое слово может свидетельствовать против него.
Я оглядывалась туда, где стоял Симон. Казалось, что при расставании с добродушным и меркантильным торговцем моя прежняя жизнь окончательно уходит в прошлое.
Дядя Сима еще был ничего. А чего ждать от этого… брр… ящера-оборотня?
Все. Черта перейдена.
Полное попадание состоялось. В смысле, попасть сильнее, наверное, уже невозможно. Я в руках незнакомого, жесткого и опасного мужчины. Дракона. Мага.
– Перестань крутить головой. Это неприлично. А у меня нет времени учить тебя хорошим манерам, – бросил ректор. И вдруг добавил со странной кривой улыбкой: – Анечка.
Словно пробовал мое имя на вкус.
– Ну чего ты так переживаешь? – с сочувствием поглядела на меня Машка из третьей группы.
Мы уже целых десять минут стояли в главном коридоре университета, и я живописала, как второй раз не смогла сдать квантовую физику, а заодно красочно проклинала тот день, когда решила поступить на физфак. В те времена мне казалось, что я могу горы свернуть, мой острый ум легко освоит любые законы физики и другие точные науки.
До четвертого курса я доучилась. Но скольких нервов мне это стоило! Скольких интеллектуальных усилий. Ах, не для того меня мама нежную растила! А еще она говорила, что в физике женщине не место. Хотя как раз чтобы доказать, что не хуже брата, я и пошла сюда.
Почти доказала. И доказала бы полностью, если бы не один очень вредный преподаватель.
