Сходу насадив на копьё самого крепкого, Роден решил зарубить остальных, но меч снова согнулся, пришлось воевать копьём. Зато Василий лихо крушил черепа и позвонки разбойников, рубил плечи и руки. В этот раз никто не ушёл, немного гудела голова, после скользящего удара дубины. Но Василий остался на ногах, а вот разбойников раздели догола. Рыцарь не понял, зачем, но не пропало ничего, даже обмотки с ног.
В небольшом медном котелке Василий вываривал кабаньи копыта. Клей нужен был для кирасы. Форму можно сделать из чего угодно, но он вырубил деревянную. Когда проклейка закончилась, и кираса просохла, Василий показал её Родену.
— Не всякая стрела может пробить такую, а поддоспешник мы с тобой сделаем из кабаньей щетины.
Это не так и сложно, но требует времени и труда, в стёганную рубашку, между слоями ткани, набивалась щетина кабанов, которых они добыли за зиму. Плотность такая, что кинжалом не пробить, так что доспех получился вполне надёжным.
— Ты бы себе сделал хоть что-то, — заметил Роден.
— Не печалься, сделаю, а потом он достанется и тебе, — Василий помнил, что он тут не навсегда.
Бронзовый доспех, шлем и поножи крепились к кабаньей коже, сильно напоминая римские, а вот выглядел Василий слишком парадно.
— Ничего, на смотр не буду надевать, чтобы никто не позавидовал, — успокоил он Родена. — А тебе пора обзавестись своим замком.
— Я всё равно беден, нанять строителей я не могу, да и временя уйдёт уйма, — смутился рыцарь.
— Ничего, башню за лето построим, — успокоил Василий.
Началось с камня, который натаскали не вершину холма. Потом Василий снова решил устроить плетень вокруг башни, но между ним и стеной укладывали камни на глиняном растворе.
— Поверь мне, это не пробьёт ни один таран, — уварил он Родена.
— Плетень просто сожгут, — возразил тот.
— Пусть, зато глина станет прочной, — усмехнулся Василий.
Построив два этажа, он соорудил зубцы, для чего нажёг извести и сложил их уже на крепком растворе. А к этому времени их количество увеличилось на пять человек. Семья сбежала от грабителей, лишившись всего своего имущества.
— Придётся строить им дом, — решил Василий.
Но теперь работали все, а к башне пристроили и домик для этих людей, и конюшню, пусть на одну лошадь, но уже что-то. Лошадка отъелась и стала похожа на боевого коня. Зато теперь работали все. Несколько дней и стены готовы, их накрыли односкатной крышей.
— Время есть, успеем сделать и стену, — заявил Василий.
Такого ещё никто из местных обитателей не видел, но они строили двойной плетень, забивая его камнями с глиной. Плетень шёл по спирали от башни к подножию холма. Камня не хватило на всё, но достаточно и земли. Теперь, чтобы дойти до башни, надо было дважды пройти по кругу, получая по голове камнями, стрелами и кипятком.
Василий сумел даже колодец выкопать, а больше выдолбить, извлекая камни из холма, благо, он был не монолитным. Зато все эти камни шли на стены.
— Теперь сделаем несколько дверей по пути и замок готов, — улыбаясь, сообщил он Родену. — выглядит бедновато, но так даже лучше, меньше желающих напасть и ограбить.
Зимой они выдержали нападение довольно большой шайки разбойников. Полтора десятка мерзавцев, довольно прилично вооружённых, могли бы легко убить любого рыцаря, но не в замке. Не зря Василий сделал четыре грубых двери из тонких брёвен. Каждый раз останавливаясь возле них, враги получали по голове камнями и копьями в плечи и шеи, да и парочку арбалетов Василий успел смастерить с наступлением холодов.
К четвёртой двери добралась едва половина. Но самое печальное для них оказалось, что Василий сумел перебраться им в тыл и восстановить пару дверей. Враги оказались в ловушке и их перебили всех. Не обошлось и без ран, к счастью, лёгких, так что все поправились к весне полностью.
Вот тут Василий и развернулся на полную, собрав всё трофейное оружие, до самого последнего ножа. Сваривая в горне и на наковальне, которую он отлил из переплавленной крицы, он получил материал очень высокого качества, прочный и упругий в середине и твёрдый по краю. Пришлось вспоминать все тонкости закалки, но меч он выковал превосходный.
Не ограничившись лезвием, Василий и рукоять изготовил удобную и красивую, наборную берёзовую, с мельхиоровыми гардой и яблоком. Старший сын дворовых не отходил ни на шаг, а Василий охотно рассказывал ему все тонкости своего дела. Вырастет мальчишка и может попробовать себя в кузнечном деле.