Заказчиком оказался гостивший в это время в посёлке фермер, остановившийся именно в этой гостинице, и мне пришлось ехать с ним за сотню километров в его владения. Чеченец по национальности вовремя осел со своей бандой и легализовался, купив за бесценок огромную территорию на которой разводил скот. Нет не сам, а многочисленные рабочие, а он со своей бандой занимались охраной и жили в своё удовольствие. Всё это Борис мне рассказал, когда я навёл про него справки. Местные друг друга хорошо знали и секретом для многих биография значимых людей не являлась. Дела он вёл честно, и претензий к нему не было, а с мелкими бандами и сам был способен разобраться. Двигались мы в колонне из шести хорошо вооружённых машин, а я на своей ниве в середине колонны. Ахмат поначалу пытался разговорить меня но, натолкнувшись на не желание не то, что открыть свои секреты, а просто вести долгие беседы отстал от меня.
Высказывание мой дом моя крепость полностью относилось к тому, что я увидел во владениях местного «фермера». Хорошо укреплённый двух этажный особняк с толстыми стенами и крепким каменным забором, был построен на единственном невысоком холме. Вокруг раскинулись пастбища и засеянные поля, на которых трудились не только рабочие, но и старая техника нет, нет попадалась. Этот умник, когда мы прибыли в его поместье, по-другому оно не называлось, решил, что я ему должен всю территорию сделать закрытой зоной.
– Максимум, что я могу сделать за эту сумму это ворота перекрыть, холл и три любых не больших помещения, – я и так чувствовал раздражение, что мне пришлось переться сюда в этой компании, а тут ещё и фермер начал выпендриваться.
– Ты хочешь сто килограмм золота за эти жалкие комнаты? Ты что, меня за лоха принимаешь?
– Это уже ты сам решай лох ты или нет, не я к тебе пришел, а ты сам обратился за услугой. И условия ты все слышал ранее, территорию я тебе обозначил ещё раньше на примере гостиницы Бориса.
Делец посверлил меня взглядом, видя, что пугаться его бойцов окруживших нас я не собирался, сплюнул на землю и согласился на мои условия.
– Хорошо, работай, сделаешь ворота иди в холл, остальные комнаты покажу после, – развернулся и ушёл в дом, показывая всем видом, что делает мне одолжение.
Его бойцы не торопились расходиться общались между собой на чеченском. Этот язык я не учил когда был на земле, и сейчас жалел, что не загрузил его в базы. Было любопытно, о чём речь, но достав шары блокирующие действие защитных артефактов, стало понятно, что они возмущены и скорее всего, ругали меня между собой.
Обращать внимание на это я не стал, незаметно рассовав мелкие частички породы, распределив их по площади вокруг ворот в плиты. Когда начал водить руками разговор за спиной притих, а после раздались слабые смешки и откровенный ржач.
– А ведь я не только это могу, – обернулся я к веселящейся компании, – интересно вам так же будет весело, когда то, что у вас между ног больше чем пол шестого показывать не будет?
Не дожидаясь, когда до них дойдёт смысл сказанного, я прошёл мимо них в особняк, по ходу рассовывая крупицы минералов удобные щели. Закончив работу в большом богато обставленном холле, пришлось ещё уделить внимание коридору ведущей к спальне хозяина, самой спальни и путь к подвалу. Хоть меня и не пустили в подвал, но стены для меня уже давно преградой не были и я смог разглядеть все, что там имелось, а поглядеть было на что. Если там не рабы, то я чего-то не понимаю в жизни. В основном это были девушки, но ниже содержались и мужчины.
Всё это время меня сопровождали притихшие и готовые ко всему охранники, уже не позволявшие шутить на мой счёт, но относившиеся ко мне с опаской и настороженностью. Закончив работу, поднялся к Ахмату, который как барин расселся на широком диване. Спросив о чём-то у сопровождающих и получив утвердительный кивок, он обратил на меня своё внимание.
– Сколько ты хочешь за свой секрет? – обратился он ко мне.
– Пока что я хочу то, что уже заработал.
– Это артефакт? – проигнорировал он меня.
Видно, что беседа может затянуться, поэтому я плюхнулся в соседнее кресло, проигнорировав возмущение и попытку дёрнуться ко мне охранника. Его одёрнул фермер, чем спас от того что последовало бы за этим.
– Вот ты делаешь вид, что уже не бандит, а честный бизнесмен, а ведёшь себя как бандит. Где моя плата Ахмет?
– Одно другому не мешает парень, – рассмеялся он, – ты же понимаешь, что не выйдешь отсюда, пока я не узнаю его?
– Посадишь к остальным рабам? – усмехнулся я, глядя в его сузившиеся глаза.
– Вы пускали его в подвал? – обратился он к моему сопровождению.
– Нет.
– Последний шанс «уважаемый», определись ты честный делец или падаль?
– Падаль!? – разъярился он, вскакивая на ноги, – это ты падаль!
