– И куда ты собралась? –как бы между прочим, спросил эльф, взирая на меня льдистыми глазами. Ответа я не знала, а потому ляпнула первое, что пришло на ум:
– От тебя подальше, от всех вас, сволочи!
Ответом своим я, видимо, не впечатлила, потому что Данте медленно пошел на меня.
Пришлось заставлять себя не опускать взгляд ниже злющих глаз эльфа, потому что иначе я плыла. Я до сих пор не могла понять, почему так реагирую. Да и поразительно несправедливо, что такое совершенное тело получил такой совершенный засранец! А уж о размерах его достоинства я старалась даже не думать: не дождется. Отдышалась, вздохнула и решилась на отчаянный шаг.
– Нет! Ты куда собралась, дурра?! – выкрикнул, словно выплюнул, эльф и стремительно побежал ко мне. – Держите ее! – рявкнул он на ходу кому-то, но мне было все равно. Вдохнула полную грудь воздуха, сложила руки домиком над головой и нырнула. Моментально почувствовала ледяную воду, но заставила себя открыть глаза и поплыла к тоннелю.
Не было ощущения сопротивления воды, казалось, я нахожусь в невесомости, окруженная силовым полем. По всему телу, казалось, бежали электрические импульсы, а сердце билось все спокойнее и спокойнее.
Где-то далеко послышался всплеск воды; я его скорее почувствовала, чем услышала, расслабилась и обернулась.
С бешено горящими глазами и маской ужаса на лице ко мне плыл Данталион. Я почему-то была рада его видеть, улыбнулась и решила поприветствовать. Открыла рот.
– Нет! – одними губами, не выпуская воздух сказал Данте, но я не слушала. Вдохнула, словно обычный воздух:
– Почему нет? – спокойно спросила эльфа и отключилась.
Когда я очнулась, все болело: голова, ноги, руки, спина – словом, всё тело.
В памяти возникли недавние события, и я застонала, сожалея о том, что не мертва.
– Дура безмозглая! – зашипел кто-то над ухом и потрепал за волосы. Приоткрыв глаза заметила, кто этот кто-то – все тот же высокомерный эльф. Сердце предательски застучало быстрей, мне даже пришлось себя ущипнуть, чтобы отвлечься.
Вокруг было светло и просторно, я лежала на белоснежных простынях, укрытая белоснежным же одеялом. Сквозь огромные панорамные окна на лицо падали солнечные лучи, но я была им рада.
– Моя ты девка! – всплеснула руками вошедшая Ласка. Комната явно была не та, где меня ранее располагали. – Моя ты родненькая!
Казалось, оркесса сокрушалась не по еще одной жрице-проститутке, но по собственной дочери.
– А ну пошел вон, щенок, надо за госпожой поухаживать! – приказала Ласка моему посетителю.
– Ты как со мной говоришь, бабка?! – взревел Данте и обернулся, на что оркесса молча упала головой в пол.
– Прости, не признала! Не вели казнить, деток сиротами оставлять!
– Да нет у тебя детей, и не было никогда! – выплюнул эльф и, сорвавшись с места, пошел к выходу. У самой двери обернулся и бросил мне: – А с тобой мы еще поговорим!
Перемена в поведении высокомерного засранца заставила меня насторожиться и признаться самой себе: где-то я накосячила, и это выйдет мне боком. Нет, сердце, конечно, пустилось вскачь от счастья. Вот только можно ли ему доверять, сердцу?
Хлопнула дверь.
Ласка моментально вскочила с пола, подошла ко мне, присела рядом. Коснувшись рукой моей щеки, словно подводя итог, констатировала:
– Хороша ты стала! Не то что раньше.
Я решила брать напором и выведать как можно больше информации:
– Ласка, что случилось?
Женщина забеспокоилась и принялась рыться в карманах.
– Так, а ты не помнишь? – делано удивилась оркесса и отвела взгляд. Чего-то она недоговаривает.
– Только как прыгнула в озеро, – ответила я, умолчав о своем побеге от Данталиона и о странном трепете, которым наполнялось моё сердце при одной только мысли о хрустальном подземном озере.
– Ну вот, а говоришь, что не помнишь, – хохотнула женщина и вытащила из-за пазухи длинный мундштук.
– Я ничего не понимаю, – негромко призналась я, боясь, что кто-то еще услышит.– То в шлюхи записывают, то госпожой называют.
Оркесса открыла рот, чтобы хорошенько запудрить мне мозги. Но я горьким опытом научена (Влад постарался), поэтому опередила её:
– И не отрицай! Одни эти шелковые простыни стоят как вся каморка, в которой меня поселили сначала. Ласка, что происходит?
Оркесса достала сигарету, прикурила и протянула мне мундштук:
– Хочешь?
– Не уклоняйся! – почти выкрикнула я и принялась возиться в постели, чтобы подняться.
– Ох, дурная твоя голова! – вскинулась Ласка и натянула мне одеяло до самого подбородка. – Ты знаешь историю Гхаркхали?
– Да-да. – Я закатила глаза. – Термальные источники снизу, Дом Наслаждений сверху. Поэтому местные шлюхи-жрицы и источники схоже называются.
Оркесса засмеялась, но не так, как раньше. Тонкие сеточки морщин покрыли её скулы, а глаза засияли.
– Хочешь казаться взрослой, а сама ещё дитя, – фыркнула Ласка. – Ох, и влетит же мне из-за тебя! Я расскажу, но не просто так.
Я погрустнела, потому что в этом новом мире я была никем и звать меня никак.
– Если бы у меня что-то было, – грустно вздохнула я, но Ласка снова тихонько засмеялась и потрепала меня по щеке: