– Вот такие, – улыбнулся Ралион, в мгновение отрастил длинные черные когти на правой руке, а потом, не щадя левую руку, разрезал запястье. Кровь струйкой потекла в воду, окрашивая её в красный цвет, образуя удивительные узоры, словно клубясь. Через пару минут запястье дракона начало затягиваться и совсем скоро заросло, лишь тонкий розовый шрам напоминал о недавнем ранении. Я брезгливо скривилась: не люблю кровь.
– Но ничего же не произошло? – фыркнула я и отошла подальше от кровавой воды.
– Подожди минутку, – попросил дракон и начал нести какую-то ересь, совсем как чокнутая бабка-шептуха. – Навью Скользящая знает, ее дети пришли, им нужна помощь. Да примет она скромные дары, да услышит слова, что идут от сердца! Да поможет она! Воистину!
Едва прозвучало последнее слово, как вода в озере забурлила, словно тысячи мелких пузырьков поднялись со дна. Совсем как в джакузи. Некоторое время я наслаждалась приятным покалыванием в босых ногах, но совсем скоро вода стихла. Стоило пузырькам успокоиться, как я ахнула от удивления: мутная желтая вода, щедро разбавленная кровью, стала кристально чистой, прозрачной, даже захотелось к ней прикоснуться рукой, что я и сделала тут же.
– Стой, Ева! – вскинулся дракон, но не успел: я уже опустила обе ладони в прохладную воду, а потом рухнула и целиком, погрузившись в приятную прохладу, перестав чувствовать собственное тело.
Ралион подхватил меня за шкирку, но не стал выносить из воды, лишь опустился рядом, намочив и свою одежду тоже, позволил лежать на своих коленях.
– Ненормальная! – фыркнул Ралион, а меня вдруг выгнуло дугой, словно припадок начался, приступ. Трясло все тело, онемевшие руки скручивало, а суставы едва не выворачивались. Тут-то я и увидела ее.
– Ну здравствуй, Ева! – приветливо улыбнулась Шаласка. В ее руках все так же дымилась папироса в длинном мундштуке. Ласка, словно призрак, шла по воде, излучая легкое зеленоватое сияние, она больше не была оркессой, просто женщиной.
Я хотела высказать ей все, что о ней думаю, ведь меня нагло водили за нос. Открывала рот, пуская пузыри: приступ ведь никуда не делся.
– Сейчас, моя ты девка, – хохотнула Богиня. Да, это была именно она. В следующее мгновение моей груди коснулась призрачная ладонь, и я обмякла, словно кукла.
– Ева! – вскрикнул Ралион и с силой ударил меня по щеке. В ответ я грозно посмотрела на дракона.
– Нормально, – коротко ответила я, понемногу приходя в себя, Ласка все стояла рядом.
– Что ты хотела, дитя? – сказала она и, сощурившись, затянулась призрачной папиросой.
– Я бы очень хотела оттаскать тебя за волосы, – прошептала я, на что дракон непонимающе вытаращился и принялся озираться по сторонам. – Но не сейчас, Ласка. Мне нужно знать, что делать дальше.
Оркесса, которая таковой больше не являлась, хрипло рассмеялась:
– Ты и сама прекрасно знаешь.
– Так нечестно! – прохрипела я, силясь встать. – Ты должна помочь!
Шаласка не изменилась в лице, она была все так же весела.
– Уже, уже помогла, хватит, – улыбнулась Богиня и ласково поцеловала меня в лоб. – И я не должна, ничего и никому. Теперь ты вместо меня, дитя мое.
– Я не просила меня сюда приводить, – обиженно фыркнула я.
– Ева, в конце-то концов, у тебя что, рассудок помутился? – сердито и немного обреченно спросил Ралион и, не дожидаясь ответа, быстро поднялся на ноги, унося меня прочь.
– Вот зараза! – процедила я сквозь зубы. заметив, что Шаласка помахала мне рукой и растворилась в воздухе. – Ты не мог подождать?
– Не мог, – хмуро отозвался мужчина.
– Она исчезла, Ралион, понимаешь? – выдохнула я, осознавая, что Богиня снова изволила удалиться. Издевка судьбы: начиная что-то понимать, я вновь теряла всякий здравый смысл в отношении происходящего.
– Так ты говорила с Навью Скользящей? – деликатно отозвался дракон. – Давно такого не встречал.
– Я уже имела удовольствие с ней встречаться, – с сарказмом отозвалась я и поморщилась, припоминая обстоятельства нашей встречи. Затем аккуратно сползла с рук Валиона, уселась на траву, дрожа от утренней прохлады. И от обиды.
– Дивная, – пожал плечами дракон, присаживаясь рядом и обнимая меня за плечи. – Их слова неясны, а поступки непонятны, но они знают, что делают.
– Она лишила меня всего, понимаешь? Она лишила меня самой себя.
Казалось, в груди внезапно лопнула натянутая струна, и до меня дошло, что всех бед и злоключений, оказывается, можно было избежать в самом начале пути. Ей лишь стоило сказать мне. Объяснить. Да что я, зверь, что ли? Разве не помогла бы?
– Как она могла, Ралион? – взмолилась я, неожиданно роняя слезы. Я давно не плакала, уже и забыла, каково это. – Она меня сюда привела, она с самого начала вела меня.
Сквозь издевательства, унижения, страх. Это я, конечно, не озвучила, лишь стиснула кулаки посильней и привалилась лбом к драконьей груди. Валион молча прижал меня к себе, поглаживая по спине, а я не могла остановиться:
– Я через столько прошла! Наверное, ей все это нравилось. Было жутко весело!
– Не думаю, – тихо ответил дракон. – Боги слишком стары и умны.