– Главное, не посылай кактусы, – глаза Виктора Николаевича смеялись. Ох уж эти дети. Но жена, будь она жива, была бы довольна. Мария – хорошая девушка, и семью держать сможет не хуже его супруги, а молодость… молодость – недостаток проходящий.
Саша рассмеялся и отправился спать.
А Виктор Николаевич отправился в кабинет. Он ведь не давал сыну никаких обещаний, верно? Где тут бумага?
Госпоже Марии Ивановне Храмовой.
Мария Ивановна!
Прошу принять меня для разговора по личному вопросу…
Не хочешь получить в невестки жабу – не пускай сына бродить по болотам в одиночестве. А то не расхлебаешь!
Игорь Никодимович Романов сидел над кипой бумаг. И задавался он одним вопросом.
Вроде бы он признаков идиотизма не показывал, верно?
Верно…
Так почему же люди считают его идиотом?
Или они просто считают себя самыми умными, а всех остальных по умолчанию – дураками? Очень на то похоже.
Ладно, поймаем, допросим, выясним.
С утра мне доставили письмо.
Виктор Николаевич Благовещенский просил принять его для решения нескольких важных вопросов. Что ж, отказываться не стану.
Действительно, с любой проблемой надо переспать. После этого она резко уменьшается и отношение к ней уже другое.
Узнал Благовещенский про свое отцовство? Ну и что? Переживем! Что проблемного?
Все живы, здоровы, а остальное утрясется, никуда не денется.
Поймали врагов?
Вообще великолепно. Пусть Романов разбирается. Хотя… если честно, были у меня подозрения, но сейчас задумываться не хотелось. Со своими бы проблемами разобраться.
От Александра мне доставили цветы.
Громадный куст с нежными кремовыми розами. Именно куст, не букет… я распорядилась высадить его в саду и подумала, что меня неплохо изучили.
Не люблю цветы в букетах, они быстро вянут, и смотреть на это неприятно. Люблю цветы в горшках. Можно их пересадить, можно передарить, в любом случае, это намного интереснее.
Виктора Николаевича я дождалась к обеду и естественно, пригласила за стол.
Мужчина согласился, и весь обед поддерживал ничего не значащую беседу и погоде, природе, ценах на урожай… о таком я могла бы беседовать в любой светской гостиной.
Ваня с Петей переглядывались, но вперед меня не лезли, и это было правильно. А вот после обеда я пригласила возможного свекра в кабинет. Думаю, сейчас и начнется серьезный разговор.
Я не ошиблась.
Виктор Николаевич сделал пару глотков кофе и улыбнулся мне.
– Мария Ивановна, спасибо, что согласились принять меня.
– Не стоит благодарности. Это и в моих интересах.
– Скорее, в моих. Мария Ивановна, – от недавней расслабленности и следа не осталось, передо мной сидел настоящий хищник. – я правильно понимаю, что у вас нет предубеждения против Александра в качестве мужа?
Я покачала головой.
– Нет.
Действительно, Александр был бы лучшим вариантом. Достаточно умный, в меру авторитарный, сообразительный, к тому же, у меня уже есть один ребенок от него. И Нила он любит, и змееныш к нему хорошо относится.
Про финансовую сторону дела молчим, денег у меня и своих хватает, но Благовещенский не станет мне мешать заниматься опытным хозяйством, сам из купеческой семьи, понимает…
Да и лучше уж отечественный огород, чем салон французской литературной сволочи.[6]
Ну и…
В постели мне с ним тоже понравилось. Будем честны сами с собой.
– Вот и отлично. Тогда что вас останавливает?
– Исключительно планы Его Императорского Величества на мою особу, – призналась я. – Благодаря им я уже едва не погибла, и никто не скажет, что дальше будет лучше.
– Это – все?
– Все остальное прекрасно решается брачным контрактом, – пожала я плечами.
– Приятно видеть такой разумный подход в столь молодой девушке.
– У меня двое детей и двое братьев. И сестра, – помрачнела я. – Буду неразумной – оставлю всю эту ораву без присмотра. Этого допустить нельзя…
– Мария Ивановна, я рад, что в вас не ошибся. Скажите, когда решится ваша проблема, вы сможете ответить положительно на предложение Александра?
– А он знает о своем предложении?
– Конечно. Догадывается – точно, кольцо еще не заказал, но все еще впереди. Вы какие камни предпочитаете?
– Сапфиры, – с чистой душой ответила я.
– Учтем.
– Виктор Николаевич, а ничего, что ваш сын уже женат?
– Нас это абсолютно не волнует, – отрезал Благовещенский-старший. – Даша была хорошей супругой моему сыну, но сейчас она, фактически, мертва.
– Она жива.
– Мозг разрушен, надежд на восстановление нет.
Я прикусила губу.
– Плохо…
– В таких случаях церковь допускает развод. Даже настаивает.
А если приплатить, то и поощрит. Я поняла. Хотя не уверена, что мне это нравится.
– Виктор Николаевич, зачем вам такая невыгодная невестка, как я?
– А почему нет? – искренне удивился Благовещенский-старший. – Умная, красивая, из благородной семьи, и даже ваша репутация, Мария Ивановна, только в плюс. Еще два года назад свататься было бы бессмысленно, ведь так?
– Отец планировал продать меня намного выгоднее, – побаловала я правдой мужчину.
– Я рад, что у него это не получилось. У Саши появился шанс, и он его не упустит. Не сомневаюсь.
Я тоже не сомневалась. Но…
