Будто очнувшись ото сна, я начала вырываться, царапаясь и кусаясь, словно дикий звереныш. Крик сорвался с моих губ, прерываясь судорожными всхлипами. Я вонзила зубы в плечо Гарри, до крови прокусывая бархатную кожу.
Тяжело рыкнув, Стайлс стал целовать мою грудь, облизывая кожу вокруг сосков и оттягивая их зубами. Это было не больно, это было приятно. Но тело, потрясенное такой непривычной болью, дрожало.
Обхватив мою талию двумя руками, Стайлс стал целовать меня в губы. Он улыбался от наслаждения. Вцепившись ладонями в его крепкие плечи, я уткнулась лицом в его твердую грудь.
Завтра тебе будет больно. Знаешь почему? – неожиданно спросил он, на мгновение отдаляясь от меня.
Я приоткрыла глаза, однако толку от этого не было. Пелена от слез, тусклый свет, все это слилось в одно. Я ничего не могла различить в полумрак.
Потому что завтра тебе все будет напоминать обо мне. – твердо сказал он прямо мне в губы. -Завтра каждое твоё движение скажет тебе то, что ты была со мной. И что наконец-то ты моя.
Стайлс, не дождавшись моего ответа, схватил меня в свои крепкие руки и в одно мгновение повалил меня на свою огромную кровать, томно нависая надо мной.
Он начал целовать мою грудь, спускаясь вниз по животу, проводя язычком дорожку. Его губы оказались в самом низу моего живота, и тут же опустились еще ниже. У меня не было сил пошевелиться. Прикрыв глаза, я томно вздыхала, когда он стал ласкать меня языком.
Вдруг его руки резко оказались на моей талии, сжимая бедра. Один толчок - и он снова во мне.
Я тащусь от тебя, Дейвидсон. – прошептал он, сжав свою ладонь в моей. – Ты сводишь меня с ума, и я уже не знаю, как с этим бороться.
Я запрокинула голову, чувствуя его губы, посасывающие мою шею, Стайлс сильно надавил ладонью внизу моего живота, ни на секунду не отрываясь своим жаждущим мужским телом от моего. Его мускулы содрогались с каждым движением, с каждым поцелуем хотелось большего, с каждым проигрышем хотелось нового выигрыша, с каждым толчком желание срывалось с катушек и нестерпимо требовало еще.
Ты прекрасна. – очередная фраза, дурман от которой распространяется по всему телу.
Я неуверенно обхватываю его за шею и томно выдыхаю ртом горячий воздух. Стайлс втягивает дыхание своим ртом, довольно прикусив нижнюю губу. Он не сдает позиции до последнего, до тех пор, пока мышцы не сжимаются в сладком ожидании, до тех пор, пока тело не начинает биться в конвульсиях, до тех пор, пока жгучая боль не отдается где-то внизу живота, вперемешку с дрожью, вперемешку со всей похотью и страстью, которыми мы могли совладать этой ночью.
Я изогнулась на кровати, вцепляясь ногтями в спину парня, тщательно закусываю губу, лишь бы не издать протяжный стон, который так и напрашивается сорваться с моих губ. Наступает тот пик, когда горло сковывает жажда, сердце отбивает смутный ритм, грудь тяжело вздымается от поглощающих конвульсий.
Наступает тот миг, который я испытываю в первый раз.
-Все. Все хорошо. Все правда хорошо.- успокаивающе прошептал он и прижал меня к своей груди, как маленького ребенка. – Это должно было случиться. Тебе не за что беспокоиться.
Мое дыхание выровнялось. Стало тихим и глубоким. Как будто ничего и не было.
Стайлс, ты чувствуешь, что ненавижу тебя? - тихо прошептала я, сожмурив глаза от боли, которая по-прежнему отдавалась внутри. – Я знаю, что ты это чувствуешь.
Ты не знаешь, что я чувствую. – хрипло прошептал он, обнимая меня даже несмотря на то, что я лежала спиной к нему. - Я англичанин, я даже сам этого не знаю. Но я знаю лишь одно - ты испытала не меньше трех оргазмов за все время, что мы знаем друг друга. И все они принадлежат мне.
\
На следующее утро.
Боль и напряжение растекались по всему телу, голова гудела, сердце билось так, как будто я бежала кросс не меньше тысячи метров. Я не могла привести мысли в порядок. Лениво открыла глаза и осмотрелась.
Дверь напротив открылась и в комнату вошел Стайлс. Такой уверенный, довольный, в хорошем расположение духа. Взглянув на меня, он улыбнулся.
Ты долго спала. – сказал он, ища что-то в своем шкафчике. – Дэниел уже заждался тебя внизу.
Приятное чувство сменилось какой-то тяжестью. Я недовольно сжала зубы и посмотрела на часы. Почти 11.
Стайлс, зачем ты это сделал? – тихо спросила я, покосившись на свою грудь. Она вся была в синяках, лиловые следы от его пальцев и от его грубых ласк терпко отпечатались на нежной коже.
Сделал что? – как ни в чем не бывало переспросил он, роясь в каких-то бумагах.
То самое.
А, если ты про это. – он повернулся, довольно вздернув бровью. – То тогда это было просто того, как сильно я тебя ненавижу. Ничего личного.
Подонок. – выпалила я, подхватив с пола свое мятое платье. – Где мое белье?
Я его выбросил.
Как выбросил?!
Молча.
Он привстал со стула и, не отрывая взгляда от бумаг, направился к выходу из комнаты.
Стайлс, как все это понимать?! – одернула я его, соскочив с кровати.
Он недовольно посмотрел на меня. Наши взгляды встречаются, зеленый с темно-карим. Целая искра пролетела между нами, на минуту мне удалось все-таки забыть, как меня зовут.
