Посидев пару минут, распустил всех, а сам подошёл к карте и стал размышлять. Минуты летели за минутами, когда он понял, парень прав, пусть не во всём, но в главном прав! Если немцы пойдут сразу на Москву им конец. Остановить их будет просто нечем и некому. Резко зазвонивший телефон вывел его из раздумий. Генерал взял трубку, представился и стал слушать. По мере поступления информации его лицо вытягивалось, а глаза раскрывались всё шире. Наконец прокричав в трубку, что он подтверждает особые полномочия младшего лейтенанта, приказал ничего не предпринимать до его приезда, а сам бросил трубку, схватил фуражку и выбежал из комнаты.
Как только мы вышли из штабной комнаты, узнав у капитана-адъютанта, где туалет, сразу убежал туда. Облегчившись и вновь, почувствовав себя человеком, вернулся и с удовольствием умял банку тушёнки с хлебом, запив кипятком, с какой-то ароматной травкой. Я выбрался на крыльцо, увидев рядом с забором свободную скамейку, решил посидеть на солнышке. Время около 15:00, капитан сказал, машина будет через полчаса, можно и расслабиться. Сел вытянув ноги, опустил фуражку на глаза и стал напевать песню, которую помнил ещё с пионерских лагерей. Почему то всегда на закрытии смены мы её пели хором, всем лагерем.
Пел я негромко, для себя. Вспоминал своё детство и юность. О чём я тогда мечтал и к чему стремился. Я допел и счастливо улыбался от приятных воспоминаний. Все мы мечтали стать капитанами и приплыть к любимой девушке на корабле с алыми парусами. Всё вокруг казалось добрым и прекрасным. Моё тихое кайфование, прервал девичий голосок:
— Какая красивая песня! Я тоже читала Алые паруса, Грина! Но так красиво выразить свои чувства я бы не смогла! Ты Сергей поэт?
Я резко сел и во все глаза рассматривал девушку лет 17, немного похожую на мою сестру Дашу. Вроде бы простое симпатичное лицо, но какой свет шёл от её глаз. Глаза дарили лицу, необъяснимое обаяние и свет жизни, восторг от увиденного ими мира вокруг. Казалось, они затягивают тебя в себя, делая твои помыслы светлыми и чистыми. Омывая своей невинностью и свежестью. Женская красота! Какая же она разная и неповторимая!
— Да! Я — Сергей! Тебе говорили, что у тебя невероятно красивые глаза! Они как два солнышка освещают всё вокруг и не дают поблёкнуть краскам дня! Изгоняют зло и дарят людям улыбку! Как тебя зовут, волшебное создание? — спросил я зардевшуюся девушку.
— Тамара, но ты можешь звать меня Тома! — ответила вконец засмущавшаяся красавица.
— Тамара! Какое красивое имя, а главное редкое! Позвольте представиться, Калинин Сергей Николаевич! Но ты очаровательная прелесть можешь звать меня просто — Серёжей! Мне будет очень приятно! — проснулся во мне старый ловелас.
— Хорошо Серёжа! Меня дядя Миша прислал. Сказал забрать тебя и отвезти к нам домой. Папа хочет с тобой вечером поближе познакомиться! — почти прошептала, совсем растерявшаяся Тома.
— А! Твой папа генерал из штаба! Я всё понял Тамара. Можем ехать — подскочил я и протянул ей руку.
Она взялась за неё, я помог ей подняться и не отпуская руку повёл к штабу. Тома так мило покраснела под взглядами проходящих мимо военных, с удивлением смотрящих на мою одежду, два ордена и красивую девушку, что я резко остановился перед ней. Она была выше меня на голову, но это меня совершенно не смутило.
— Я наверное тебя дискредитирую? Прости пожалуйста, я не специально! — отпустил я её руку.
— Не говори глупости! Я уже взрослая девушка! Пошли уже — схватила Тома меня за руку и покраснев до кончиков ушей, потащила меня к машине.
