Молодая женщина одета небрежно: длинное черное платье – в некрасивых складках, точно перед тем, как модель натянула его на себя, валялось скомканным под грудой тяжелых вещей. Кружевной воротник перекошен. Эрика явно уходила впопыхах, не успела рассмотреть себя в зеркало. Лицо модели было осунувшимся, болезненно бледным.
– Ты подохнешь! – с удовлетворением произнес миллиардер. Ему понравилось, что модель неважно выглядит. – Но вместе с собой хочешь затащить в царство мертвых, из которого ты вышла, побольше народу. Барон – из тех, кто попался. Ему конец! – Махмут посмотрел на стоявшего рядом Килина.
Тем временем в коридоре – его было видно через распахнутую дверь – появился Барон. Некоторое время назад Николай потерял его из виду. Должно быть, Барон тоже преследовал Эрику, но настиг ее позже, чем Килин и Махмут…
…Николаю показалось: мир сейчас опрокинется в его глазах, перевернется вверх тормашками. В памяти возникли образы петербургской квартиры, петли, скрученной из галстуков. «Если бы тогда Барон обладал всей ужасной правдой!»
– Откуда ты знаешь?!.. – выкрикнул Николай, глядя на Виктора.
– Помнишь вечеринку?.. Вместо сбежавшей Эрики должна была быть эта.
– Значит, не Василиса… – прошептал Килин.
«Слепян может успокоиться», – пронеслось у него в голове.
Барон видел троицу через распахнутую дверь. Но слова, произносимые между ними, вряд ли мог разобрать…
– Сейчас обрадуем его! – Миллиардер вновь зло улыбнулся, поманил Барона рукой.
Тот не сдвинулся с места. Во всей фигуре – что-то мрачное, решительное.
– Э-э, да это не по правилам… – В лице Виктора мелькнул страх.
Эрика держала в руках маленький ножик. Девушка вытащила его из рукава платья, когда Виктор отвернулся в сторону. Лезвие угрожающе поблескивало в свете канделябра, но Килин сомневался: годится ли оно на роль оружия?..
Мгновенное резкое движение… Острый страх пронзил все существо Николая, Махмут вскрикнул, отпрянул назад. Барон в длинном проходе сделал какое-то растерянное движение руками.
Подавшись ближе к стене, у которой стояла, Эрика взмахнула ножичком: рассекла шпалеру – зеленые с белыми виньетками обои. Ровный, словно по линейке, разрез раздался в стороны. Килин увидел зиявшую черноту. «Что это?!» Происхождение мрака было недоступно его пониманию. Девушка шагнула туда, провалилась, исчезла…
Махмут вскрикнул. Барон ринулся к ним.
Рванув в сторону лохмотья шпалер, Александр пролез во мрак. Килин не двигался.
Свет канделябра освещал маленькую комнату с распахнутой узкой дверью. Вместо другой двери – квадратный проем, заклеенный шпалерами. Теперь они были рассечены.
– Станешь мешкать, я ждать не буду! – раздраженно воскликнул Махмут.
Фигура Николая виднелась в отсветах свечей с другой стороны прорезанного прохода. После слов Виктора он торопливо шагнул внутрь.
Махмут уже проносил горевший канделябр в раскрытую дверь. За ней оказался длинный узкий коридор, также оклеенный шпалерами. Каблуки миллиардера гулко стучали о дощатый пол.
– Скорей!.. Должны предупредить его! Он должен, наконец, узнать правду. Пусть прирежет эту тварь!..
Постепенно к Килину возвращалось самообладание. Виктор торопливо шагал впереди него. При ходьбе миллиардер размахивал руками, поочередно заводя их далеко назад. Пиджак на спине при каждом шаге морщился, образуя силуэты двух непонятных иероглифов. Николаю казалось: в них есть какой-то смысл, который скрывает агрессивная фигура приятеля.
Десять минут назад Махмут швырнул в темноту подворотни канделябр. Еще раньше ветер задул свечи… После разрезанных шпалер и коридора они оказались на кухне. Старуха в чепце со слезящимися глазами что-то варила в медном чане – тот стоял на железной плите. Какое-то отвратительное варево…Овощи для него уже подгнили.
Увидев их, она вскрикнула.
– Где лестница? Выход!.. – рявкнул, сделав зверское лицо, миллиардер. Тут же заметил: кухонная дверь приоткрыта. Темное пространство со ступенями, стесанными тысячами ног, и ободранными перилами…
Улица обдала свежим порывистым ветром. Канделябр погас. Некоторое время Махмут нес его, опустив свечами вниз. Угрожающе, точно гладиатор мощный трезубец…
Не были уверены, туда ли идут. Не знали, куда направился, выйдя из подъезда, Барон. Арки, черные проходы между домами… Эрика, а вслед за ней Александр имели возможность свернуть в любой из них, потеряться насовсем.
Несколько раз, словно прорываясь через кордоны, установленные в небесах, где-то там, за Невой, за Васильевским, за Охтой, принимался идти дождь.
Постепенно миллиардер пошел медленнее. Дурно освещенные улицы квартала, по которому путешествовали, пустынны. Окна домов за редким исключением темны. Ни всадника, ни кареты… Не попадалось даже обычных для таких мест третьеразрядных кабаков. Откуда-то тянуло сыростью, запахом воды. Поблизости текла река или канал.
– Мы его упустили, – сказал Виктор, останавливаясь и поворачиваясь к Николаю.
На другой стороне улицы, возле самого перекрестка Килин увидел женщину. Вот она очутилась под фонарем. Всего секунды были освещены ее черты, но Николай узнал: Василиса!..
