— Мальчик, — сказала вампирша с оттенком обидной жалости. — Ты настоящую нежить и не видел. Мои братья двигаются быстрее, чем даже я могу разглядеть, и они не боятся крови. Держи свои стрелы при себе, если не хочешь умереть страшной смертью.
Иргай разразился гневной тирадой на своём языке, но Вейма его не слушала. Она взмахнула руками, завизжала так истошно, что все отшатнулись, и завертелась волчком. Миг — и на её месте хлопает крыльями огромная летучая мышь. Она набрала высоту и улетела. Иргай схватился за лук.
— Не надо, — остановил его Клос. — Пусть летит.
— С такими нельзя договариваться, — проворчал Иргай. — Не человек. Не понимает чести.
— Это не имеет значения, — отмахнулся Клос. — Не трогай её.
Он повернулся к женщинам.
— Идёмте в замок, — сказал он. — Вы будете молчать. Иргай останется при мне.
— А я?! — вылез вперёд Фатей прежде, чем сестра успела схватить его за ухо. Клос улыбнулся.
— Ты будешь ждать Увара у ворот и приведёшь его ко мне как только появится.
Едва они вошли внутрь каменных стен, Клос, с которого слетело и недовольство, и вызванная раной слабость, начал собирать отряд. Он нашёл тех людей, которые участвовали в военном совете, и объявил им о предстоящем бое за Сетор.
— Всем немедленно собираться, — командовал после этого Клос. — Кнехтов Дитлина связать, усадить на телеги, мы отвезём их в замок моего отца, где они побудут в плену, пока не станет спокойно. Все ценности в замке собрать и тоже погрузить на телеги. Они подождут нас в Вилтине и всё будет разделено между вами как полагается по вашим обычаям.
— А себе что ты оставишь? — спросил седой Берток.
— Замок, — ухмыльнулся Клос. — Графство. Увар был прав, не стоит играть в благородство. Мы заберём себе весь Дитлин, когда вернёмся из-под Сетора. На рассвете пошлите людей в деревни. Скажите, что все инструменты, вся живность, весь скот, который останется, когда мы уедем, должны быть поделены между ними. Но если они подерутся из-за дележа, участников драки я велю бить батогами, когда мы вернёмся. Убившего ради грабежа я прикажу повесить. На год — до самой следующей осени — я отменяю все подати в графстве. Всё, что нам нужно, мы будем покупать, но крестьяне обязаны продавать нам еду, одежду и всё, что понадобится, ничего не утаивая и не завышая цену. Потом я приму решение. Но это будет потом. Сейчас позаботьтесь, чтобы собрать все ценности и пошлите человека в Вилтин. Я хочу, чтобы люди моего отца встретили нас на границе графства и забрали пленников и добычу, тогда мы сможем дальше ехать в Сетор налегке.
— Увар ещё не приехал, — сказал Харлан.
— Увар приедет, — отмахнулся рыцарь. — Мы должны выехать завтра утром… отправьте людей до рассвета, чтобы они были в деревнях с первыми лучами. Сейчас надо собраться, подготовить добычу. Когда Увар приедет, мы должны быть готовы выступить.
— Почему? — в упор спросил его Берток. — Почему мы должны идти с тобой? Нас нанимал не ты, и нанимались мы не навсегда. Почему ты хочешь забрать себе нашу добычу и бросить нас в новый бой? Как ты можешь принимать решения без Увара?
— Я думал, вы воины, — досадливо бросил растерявшийся Клос, — а вы старые бабы. Увар примет то же решение — у меня письмо к нему от Серого.
— Это решать Увару.
— Мы теряем время! — нетерпеливо воскликнул Клос. — Послушай, что я тебе скажу. Вам заплатят за этот набег и вы оставляете у себя всю добычу. Чтобы вы верили мне больше, велите своим людям прямо сейчас стащить добычу в одно место и разделить между всеми. Но помни, с собой вы можете взять столько, сколько не затруднит ваших коней. Остальное — после Сетора. Всё ваше добро будет вам возвращено! Второе — когда Лабаниан будет взят, вам достанется не менее пятой доли всей добычи, в том я клянусь своей рыцарской честью.
— Мы ещё не отстояли Сетор, а ты уже делишь добычу в Лабаниане, — хмыкнул Берток.
— Так возьмите!
Он уже успел прочесть адресованные ему письма и поэтому добавил:
— Если братья-заступники и Лабаниан возьмут Сетор, во всём Тафелоне будет слишком жарко.
Увара нашли только под утро, вернее, он вернулся сам, с небольшим отрядом, куда входили пятеро ветеранов отряда и старшие сыновья Харлана. Все они были пьяны и отчего-то очень веселы. Клос отвёл Увара в свою комнату и показал ему присланное Виром письмо. Увар с трудом разобрал при свете чадящего факела ровные строчки и сразу перечитал письмо заново. Поднял на рыцаря мутные глаза:
— Серый зовёт.
— Я так и понял, — кивнул Клос. — Мы выезжаем… прямо сейчас. Где ты был?
Увар отвёл взгляд.
— Надо было, — невнятно пробурчал он. — По семейным делам отлучался.
— Поднимай отряд, — приказал Клос. — В седло сядешь? Удержишься?
