– Света, ты мне не ответила! Это, вообще-то что было, у вас что, всегда так принято встречать гостей, почти у ворот, да еще с объедками?! Пипец! Ну, это точно, достойно твоего статуса! Ты меня куда привела, это что, и есть твои друзья? – свинарник какой-то, нет, я про дом ничего не говорю…! Неужели, это и есть твоя обычная среда обитания, похоже, плоховато я тебя знала! Короче, поднимаемся и уходим, мне неприятно здесь находиться. Или я вызываю тачку и ухожу одна, как знаешь…!
– Галь, ну, как-то неудобно, вот так сразу сваливать, давай еще немного посидим, и я обещаю, уйдем!
– Неудобно, говоришь!!! А им, им удобно?! – Они же, в первую очередь, тебя с грязью смешивают. На столе не дожёванный срач, которым они не глумятся нас угостить. Не знаю как ты, но по мне, это низко и гадко. У них что, совсем совести нет! И ты крутишься в таком кругу, – невероятно! Да, удивила ты меня нынче, прям по полной программе, представляю, что у тебя имеется про запас, на десерт!
– Все путем, еще немного, и мы уйдем…
Тем временем вернувшаяся к столу компания продолжила свое буйное веселье, через мат пропуская пиво, чачу и пошлые бредни…
А Юра, с гордостью отмечая свое упорство и настойчивость, охотно поделился со мной мыслью, какой он молодец – всю жизнь горбатился, чтобы заработать и переехать в теплые края. И вот, мечта сбылась, рядом жилье в три этажа, с хорошей обстановкой, да, вот только здоровья, совсем не осталось, а от былого здорового мужика в сорок с лишним лет, веяло глубокой старостью. И к чему было так усердно стараться, жить у моря, и не видеть его, а лишь уныло прозябать посреди убожества и повседневных проблем со здоровьем?! Может, и не мое это дело, осуждать их быт, у каждого свой, достойный путь!
– Галка, погляди, слушай, – никак не унимался хозяин жилища, – я слышал, что ты сняла жилье, зачем? – Жила бы у нас, места полно, и тебе хорошо, и нам копеечка! Смотри, какие у нас хоромы! Чо зря чужим платить, а мы ведь свои!
Оля, неодобрительно посматривая в сторону мужа, с явным недовольством не поддерживая его предложение, продолжила бестолковый разговор на пару со Светой, иногда обращаясь ко мне с неуместным вопросом:
– Галь, а тебе сколько лет? Света про тебя почти ничего не рассказывала, так, мимолетом говорила, что приезжает подруга. Вот я не скрываю, мне сорок восемь, да и тебе тоже, наверное, за сорок. Дети у нас уже взрослые. Давно мечтали переехать в теплые края, только вот времени нет, даже искупаться, – каждый день допоздна на работе. Вот, только успеваем пивка выпить и вся радость, но зато в теплый край переехали, а всякие поездки за границу, – не, это нам не интересно… Ты-то чего планируешь, здесь остаться хочешь? Слышала, со Светой собираетесь в Крым съездить, – чего там делать, деньги только попусту тратить!
Понимая, насколько мы разные и не интересные друг другу, я не особо открыто расположилась к беседе, вполне осознавая, что Оле, далеко безразличны мои планы, как и я сама. Так и не дождавшись от Светланы и малейших действий по поводу возвращения к себе, поднявшись и направляясь к выходу, чуть с улыбкой я прокомментировала подруге, что ухожу:
– Все, пока, я пошла, надо и меру знать. Можешь оставаться со своей компанией.
Понимая, что мне здесь совсем не нравится, но, все же не желая покидать своих приятелей, Света, с некой досадой понуро подалась вслед за мной, за одним пытаясь вести под руку еле державшегося на ногах партнера. Едва доковыляв до такси, радуясь всему и размахивая руками, он еле уселся в машину, на ходу засыпая и весело браня весь мир. Поездка до нашего района составляла не более десяти минут, но и за это время, он успел надоесть не только нам, но и своему коллеге, жалуясь, что так мало посидели у друзей. Расплатившись с водителем у подъезда их дома, на пару со Светой, мы еле заволокли горемычное тело, под крышу ему свойственных привычек. Тем временем, чуть шарахаясь от всей его напахнувшей натуры, я с не особым упреком, весело подкалывала подругу, со всей нелепостью этого запоминающегося вечера:
– Ну, слава тебе господи, вернулись. Ой, Светик, я в полнейшем трансе! А Витек-то смотри, совсем никакущий, и ковыляет как-то странно и необычно. Слушай, а тебе с ним не противно, – что одежда, что быт, словно в хлеву обитает, вечно помятый, пожеванный, в своих рваных шортах, ни шарма, ни приличия! А воняет от него как, наверно в штаны наложил. Точно, обосрался, вонючка!
Света, зажимая кишки от смеха и рапортуя ответ, пыталась, все же, защитить тылы своего горемычного дружка: «Не-е, это он так ходит, мой косолапик, не, не обосрался, а то знаешь, бы как воняло!»
