– Да, алло, я слушаю, ладно, хорошо, я сейчас подойду.
Посмотрев в мою сторону Света сказала: «У нее что-то срочное, просит подойти. Ты здесь постой, я сейчас схожу к ней, это недалеко. Спрошу, что и как, а после пойдем…».
Подождав минут десять, я чуток загрустила, чувствуя что-то неладное в намерении Ларисы, от которой веяло не скрываемым холодом и мраком.
Наконец зазвонил и мой мобильник, но повсюду грохотала такая музыка, что было невозможным расслышать голос Ланки. Но, минутой позже, она все же стояла рядом, пытаясь докричаться до меня:
– Галь, там, у Ларисы что-то случилось, какие-то срочные дела, говорит, мне надо обязательно ехать вместе с ней…, ты извини, что так получилось, завтра встретимся.
Сказав это, она со спокойной совестью пошла в другом направлении.
Казалось, еще какое-то время я стояла в оцепенении, но, скорее, в недоумении: «Охренеть…, вот это подножка, да-а-а, не ожидала я такой подляны от Светы…! Как такое возможно, вне всяких сомнений подруга повелась, стоило только пальчиком поманить. – По меньшей мере, это некрасиво и подло. И дело, даже не в потраченном времени, не в том, что я ее ждала, просто, друзья так не поступают. Как так можно…?! А если бы с ней точно так же поступила я, – сначала пригласила бы к себе вот также, а после, развернулась и ушла, оставляя ее одну в чужом городе, посреди ночи…!»
Ком подкатывал к горлу, на душе было скверно и досадно, терялась вера в дружбу и близкого человечка, который способен предать из-за обычной мелочи, только потому, что где-то есть более интересная возможность провести время: с випивоном, и, главное, – до утра…! «Предавший раз, предаст и дважды», – подумала я, – а соврать при этом…, ну, что ж, бывает, не привыкать». Не знаю почему, но, именно в этот момент, вдруг вспомнились былые мелкие огорчения, которые волею движимых манер были в привычку моей подруге. Но закрывая глаза на ее частые косяки, я пыталась всегда найти этому оправдание и понять ее, повторяя: «Это ее путь, у каждого из нас, своя, правда…». Еще свежи в памяти события, о которых не всегда хочешь думать.
Я шла в тиши ночного города, прокручивая в мыслях не всегда объяснимые и красивые поступки Светланы…, – а достойно ли это дружбы? Вспомнился тот значимый день в ее жизни: регистрация, свадьба, поздравление близких и друзей. Только вот меня не было рядом…, не ко двору пришлась. Проглотив ту мелкую обиду, я продолжала просто жить, – жить и общаться. Но не за горами новое событие, – рождение ребенка. С подарком и поздравлениями вместе с сыном морозным днем мы шли с огромным воодушевлением, бог, знает какими проселками, чтоб добраться до подруги, жившей на тот момент в самой отдаленной глуши поселка Степановка. Еле найдя их жилище и войдя за порог, я была более чем оскорблена ее пассивным приемом. Принимая подарки, она, словно боясь моих чар, так и не захотела представить нашему взору свою малышку. Покидая пределы их жилья, я с некой грустью и досадой думала об наших отношениях. Шло время, и я замечала традиционным, что Света никогда не приглашает меня на свой день рождения вместе со всеми, словно, чувствуя некую неловкость при гостях за мое нежеланное присутствие. Ее именины мы отмечали вместе, обычно другим днем, без участия ее приятелей и близких. Возможно, тому причиной была наша разница в возрасте, из-за которой Света стеснялась моего присутствия в кругу своей компании.
Я понимала, что на завтра мы вновь встретимся, и, возможно, Света, как и всегда, будет вешать лапшу на уши, но при этом, мне было особо ясно, что с ней в разведку идти не стоит, – предаст, за первым же поворотом. Ладно, время нас рассудит. Но смогу ли я все-таки простить ей этот очередной косяк,
Шел двенадцатый час ночи, я с грустью, одиноко брела по пустынным и темным улочкам, почти спящего и тихого города. Маршрутки давно уже не ходили, редко доносился шум проезжавшей вдали машины, и иногда был слышен ленивый лай дворовых собак. Да, пожалуй, мне впервые было больно от непредсказуемого поступка Ланки, и, продолжая чуточку себя осуждать за великодушие и доверчивость, я не собиралась ей что-то объяснять или предъявлять. Но в душе становилось холодно и пусто, пропадало всякое желание и стремление остепениться, легко вздохнуть, и продолжать жить. Взамен моим прежним мыслям, мне совсем не хотелось больше оставаться в этих краях, но, пока, я не была готова призваться в этом себе. Словно давая отсрочку своим грустным суждениям, я все же решила, как и обещала Светлане, в ближайшее время, одним из первых дел съездить вместе в Крым, пока тепло и есть возможность. А далее, как жизнь подскажет, но, оставаться здесь, я, наверняка не буду.
