По размеру помещения трудно было подобрать точное название. Побольше лавки, поменьше магазина. По виду его никто не взялся бы угадать, чем здесь торгуют. Товара в пределах видимости не было. Зато были люди: сам владелец Моисей Соломонович Макаров (настоящая фамилия была Магар, но ушлый ювелир ее русифицировал), его племянник лет двадцати в качестве охранника и один совершенно неизвестный пожилой темноглазый человек - правоверный еврей, судя по черному одеянию, шляпе и пейсам. Последние двое поклонились вошедшим и продолжили старательно изображать полное безразличие к миру.
По мнению казака, которое он, держа слово, не высказал вслух, молодой охранник не стоил внимания. А вот пожилой... тот был пока что непонятен.
При входе Тифор бросил взгляд на серебряную пластинку в своей ладони и кивнул.
Как и положено, хозяин поздоровался первым:
- Доброго здоровья, ваше сиятельство. Чего изволите купить? Для дамы имею привлекательные вещицы...
Ювелир говорил по-русски почти чисто, ибо достаточно долго занимался своим делом.
- Нет, Моисей, на этот раз мы сначала продаем, а уж потом покупаем.
На лице хозяина изобразился умеренный интерес.
- Вот, посмотри на эти камни.
С первого взгляда синий камень можно было принять за сапфир, а красный - за лал. Но опытный ювелир привык не доверять первому впечатлению. Поэтому хозяйская рука извлекла из шкафчика лупу в оправе из желтой меди, и камни подверглись самому тщательному изучению.
Наконец, владелец торгового заведения поднял голову.
- Сожалею, но это цветное стекло - правда, с очень хорошей огранкой. Куплю по пяти рублей за штуку.
Хорунжий не сказал ни слова на это заявление, лишь самую малость приподнял брови. Тифор сохранил полную невозмутимость. Князь стрельнул глазами в сторону молодой дамы. Та чуть опустила ресницы. Вариант действий был обговорен заранее.
- Да, забыл совсем: это наш охранник; это Тифор Ахмедович, наш специалист по камням, а эта дама - лекарь, ее зовут Марья Захаровна. Эти двое - из далеких краев.
Отчетливый акцент сразу же подтвердил иностранное происхождение, пусть даже с русским именем и отчеством. В голосе молодой женщины звучали железные интонации:
- Князь Мешков не вполне точно указал мою специальность. Я не только врач, но и умею отличать правду от лжи, а также - в некоторой степени - читать мысли. На этот раз, Моисей Соломонович...
В голове у ювелира зазвенел колокольчик тревоги. Он не помнил, чтобы когда-либо сообщал кому-то из этой троицы имя отца или свое отчество. Да им и в голову не пришло бы так звать скромного еврея - ну разве что иностранке...
Неболтай и не подумал глядеть на хозяина. Все его внимание было направлено на загадочного пожилого жида. Его взгляд отражал... Любопытство? Тревогу? Страх? Нет, не то. Но уж глядел он внимательно, не отрываясь, и как раз на Марью Захаровну.
- ...вы соврали насчет нашего товара, заведомо зная, что это НЕ стекло. Но вы не смогли распознать род камней. Не удивлена: они пришли из редкого источника, нигде вы подобных не встретите. Вот почему я призываю вас подумать хорошенько, прежде чем высказать свое суждение второй раз.
Тревожный звоночек уже звучал пожарным набатом (ювелир слышал один раз такой в русской деревне).
И тут неожиданно для всех, кроме хорунжего, вмешался пожилой посетитель лавки. Черные глаза коротко глянули на хозяина, а ладонь сделала короткий останавливающий жест. Ювелир проглотил фразу, что была уже на языке. Акцент у незнакомца совсем не чувствовался; еврейское происхождение выдавали разве что интонации.
- Извините за вмешательство, дама и господа. Меня зовут Давид, сын Исаака, я раввин. Моисей, если ты не можешь распознать камни, из этого не следует, что они не имеют цены.
Ювелир попытался защищаться.
- Дама и господа, но эти неизвестные камни и вправду похожи на стекло. Правда, очень высокого качества, да и полировка хороша. Даю по восьми рублей.
Женщина ответила, не задумываясь:
- Похожи, да не совсем. У вас найдется кусок НАСТОЯЩЕГО стекла?
Хозяин без разговоров принес небольшой обломок оконного стекла.
- Вот, - красный камень оставил заметную царапину, - и у синего та же твердость. То есть не стекло.
Тут таинственная посетительница повернулась к раввину.
- Кстати: как желаете, чтобы я к вам обращалась, уважаемый?
Назвавший себя раввином благожелательно улыбнулся. Что пряталось за улыбкой, никто не узнал.
- Зовите меня ребе Давид.
Ювелир суетливо стал проверять камни на твердость. Из ящичков извлекались какие-то совершенно неизвестные присутствующим кристаллы, оглядывались, процарапывались. Наконец, Моисей нерешительно произнес:
- Очень похоже на горный хрусталь, но таких цветов я в жизни не встречал...
И снова подала голос дама с железным голосом:
- Вот на этот раз чистая правда. Вы, разумеется, не могли встречать таких цветов, я это уже говорила. Сейчас вы думаете, удастся ли эти камни продать.
Казак продолжал молчать, но перехватил выразительный взгляд раввина, направленный на единоверца. Тот все еще думал. И пожилой в очередной раз вмешался.
- Мне кажется, их можно продать вКонстантинополе.
